Чудовищная алхимия. Том 3

Попав внутрь, командир застал юношу, сидящим за столом.

— Ну что, как ты тут?

— Учу Лакомку языку.

— И как успехи? — удивился Зефир.

Его собеседник повернул голову в сторону пещерки и указал на неё пальцем, на что та медленно проговорила звонким голоском: «Ла-ком-ка». Затем Эден указал на себя, а хранитель места прилежно повторила его имя, ну и в заключение юноша тыкнул пальцем в командира, услышав в ответ очень радостным голосом: «Зе-фир!».

— Ох и намучился я с твоим именем, когда не было примера под рукой, — пояснил чудовищный алхимик очумевшему гостю.

— Ну ничего себе, — отмерев, проговорил Зефир и отправил пещерке картинку с похвалой.

Через миг по убежищу раздались радостные чирикающие звуки, а командир тем временем обратился к Эдену:

— Пойдем, мы прибыли к нашим друзьям.

Долго собираться «узнику» Лакомки не было нужды, поэтому вскоре оба молодых человека стояли перед открытой пастью.

— Ты не возражаешь, если мы вместе переместимся? — внезапно спросил Зефир. — Зарядов в диске немного осталось, и восстанавливаются они долго.

— Э-м, нет, — ответил немного замешкавшийся чудовищный алхимик, который в душе возликовал, так как жутко боялся лезть в рот, полный зубов, даже если это была Лакомка.

Спустя пару минут, они оказались на диске в реальном мире. И, естественно, чтобы переместиться, парням пришлось быть как можно ближе друг к другу, но хотя бы обошлось без объятий. Тем не менее у Брута это вызвало однозначную реакцию — енот начал двигать бровями вверх-вниз и гадко захихикал, отчего раздраженный командир, делая шаг с артефакта, веско сказал:

— Ты доиграешься и точно скоро получишь по мохнатой жопе.

Зверь изобразил, что он здесь ни при чем, однако дурацкую улыбку с морды не убрал. Закатив глаза, Зефир принялся упаковывать диск обратно, когда ворота неожиданно начали открываться, а следом раздался теплый голос Варны, выглянувшей наружу:

— Вы пришли. И к тому же с гостем.

— Зефир, дядя енотик и Леопольд! — раздался голосок Вилтани, выбежавшей за ограду и кинувшейся обниматься.

— Итак, Эден, значит, ты чудовищный алхимик? — спросила парня блондинка, когда они разместились в общем зале за длинным столом.

Время было позднее, и от еды товарищи отказались, да и сами домочадцы только недавно ужинали, поэтому все ненадолго собрались внизу, прежде чем пойти спать.

— Да, — кивнул немного робеющий молодой человек, на которого Варна произвела неизгладимое впечатление.