Чудовищная алхимия. Том 3

У нас наверху есть «язык», можно у него расспросить, что происходит, — предложил юноша и, бросив взгляд на пятно крови, спросил, — а что с раной? Помощь нужна кому-нибудь?

— Пустяки, — отмахнулась блондинка, — я уже выпила зелье, которое вы нам оставили. С остальными всё в порядке.

В этот момент позади неё из-за угла выглянула рыжеволосая и радостно воскликнула:

— Зефир! — а затем ахнула, заметив, в каком виде был командир.

— Лиса! — нервный клубок в груди у молодого человека наконец-то рассосался окончательно, а сам он радостно улыбнулся живой и невредимой рыжей.

— Так, — привлекла внимание Варна. — Мелиса, оставайтесь здесь, а я поднимусь наверх. Пойду поговорю с этим «языком».

— А может, мы вместе с вами пойдём? — спросила занервничавшая девушка.

— Лучше не стоит, — вспомнил юноша, что натворил на улице и в доме. — Соберите пока припасы в дорогу.

— Хорошо, — не стала спорить рыжая, кивнув, а командир с блондинкой поднялись по лестнице и через кухню прошли в общий зал.

— Варна! Вы в порядке⁈ — вскочил с лавки Леопольд, едва пара появилась, а Брут рядом с ним начал радостно скалиться.

— Да, всё хорошо, — женщина осмотрелась, переведя взгляд с прибитого к стене киркой мужика и остановившись на безногом парне в луже собственной крови, а затем признательно добавила:

— Спасибо, что пришли, несмотря ни на что!

Калека на полу к этому моменту очнулся и застонал, заставив всех в комнате обратить на него внимание.

— А тебе приходилось кого-нибудь допрашивать? — неожиданно спросил командир у блондинки. — У меня такого опыта нет.

— Приходилось пару раз, — ответила она, подходя к пленнику.

— Возьмёшься? — спросил Зефир.

— Конечно, — легко согласилась женщина, пнув мыском сапога прямо по культе. — Сколько вас и где остальные?

— Сука! — взвыл хлыщ. — Вам всем конец!

Голос его звучал надломленно, на грани истерики, но отвечать он явно не собирался, за что получил ещё один удар по обрубку.

— Не бейте больше, прошу! Я всё скажу! — взмолился пленник, сдавшийся удивительно быстро.

Всхлипывая и почему-то бросая затравленные взгляды на Зефира, он начал сбивчивый рассказ, который Варна направляла уточняющими вопросами и пинками по ране.