Но жизнь заставила меня скрываться целых двадцать пять лет…
– Ты сам заставил себя скрываться, – перебила я, – и мне нисколько тебя не жаль. Вернее, я жалею лишь о том, что тебя не казнили вместе с моей родней. Но если твой мерзкий Орден выступит еще раз, у тебя будет отличный шанс попасть на виселицу.
Он уставился мне в глаза. Давил взглядом, но я ответила ему тем же. Не моргая, смотрела в лицо главарю проклятого кровавого Ордена так долго, пока он не произнес с неприязнью:
– В тебе нет ничего от Элис!.
. Зато, глядя на тебя, я постоянно вижу того самоуверенного дракона, твоего отца!
– Ты прав, – сказала ему. – Во мне слишком много от папы, как бы тебе ни было противно это признавать. Одна моя половина драконья, а вторая досталась от мамы. И, знаешь, навреное поэтому я могу понять и ту, и другую сторону. Но всегда буду на стороне тех, кто выбрал мир.
– Мы тоже выбрали мир, – усмехнулся он. – Правда, свободный от драконов.
Я покачала головой.
– В моем мире есть место для всех, поэтому мне с вами не по пути, – сказала ему, понимая, что именно за это они меня и убьют.
Причем, очень и очень скоро.
И времени у меня оставалось лишь до момента, пока они не свяжутся с дедом и не потребуют от него нечто невыполнимое. Например, предательство Астара, на которое он не пойдет, даже ради своей внучки.
И вот тогда они от меня сразу же избавятся.
Впрочем, на этом моя аудиенция у главы Ордена подошла к концу. По его молчаливому приказу двое стражей подхватили меня под руки и выволокли из комнаты.
Я могла идти и сама, но тычок в спину заставил споткнуться, а затем мне попросту не дали встать на ноги. Протащили по длинному безликому коридору, затем вниз по винтовой лестнице, на которой я коленями пересчитала все ступени. Швырнули в одну из кладовых в подвале, наполненную влажным, затхлым воздухом, свет в которую проникал из маленького окошка с полуприкрытыми ставнями где-то высоко под потолком.
Очередной толчок в спину, и я полетела на холодный каменный пол, порадовавшись тому, что на мне мужская одежда – штаны и длинная теплая туника спасли от множества синяков и ссадин.
Но перестала радоваться, потому что в клетушке у стены оказалась железная кровать, к ножке которой меня тут же приковали цепью. Железный браслет сомкнулся на лодыжке, ограничив свободу передвижения.
Я пыталась сопротивляться, но получила удар в живот, заставивший меня согнуться от боли.
