Но не Конрад, а, кажется, пожилая служака…
Попыталась было проснуться и ей помочь, но затем передумала. Потому что если я сейчас открою глаза, а потом снова засну, то опять же… угожу в спальню к лорду Мелгарду, и нам придется начинать все с самого начала. И поцелуи, и попытку меня отселить в отдельную комнату, и совершенно бесполезное занятие – немного поспать без него…
Кажется, Тот, кто Все Видит, рассудил, что отныне спать нам только вместе!
Поэтому я решительно смежила веки, подумав, что завтра все обязательно прояснится, и мы найдем выход из этой ситуации.
По крайней мере, на те дни, которые остались до нашей свадьбы.
* * *Проснулась я в чудесной, светлой комнате. Лежала в огромной кровати, над которой раскинулся полупрозрачный балдахин из тончайшей тюли, из-за чего мир за его пределами казался мне сказочным царством – и белоснежная мебель, заставленная вазами с цветами, и мягкие персиковые кресла в тон с тяжелыми гардинами, через которые уже пробивался дневной свет, и розоватый пушистый ковер на полу.
Сладко потянувшись, подумала, что проспала все на свете. Наверное, уже есть какие-то известия о поимке Ордена Кровавых Охотников, да и пятничные лекции в Академии никто не отменял… Но чувствовала я себе превосходно, наконец-таки выспавшись с момента нашего знакомства с Конрадом Мелгардом.
Это произошло всего лишь пять дней назад, а прошлым вечером – вернее, глубокой ночью – я согласилась выйти за него замуж. И эта мысль наполняла меня таким же ярким светом, как и пробиравшиеся сквозь прорехи в зашторенных гардинах солнечные лучи.
"
"Вспомнив о своем женихе, я все-таки решила подняться. Подошла к комоду, ступая босыми ступнями по пушистому ковру, заметив на нем какую-то одежду. К удивлению, обнаружила стопку собственного белья. Подумала… Интересно, и когда только успели доставить и принести, если обычно сплю я очень и очень чутко?
Но, похоже, после встречи с Конрадом Мелгардом все в моей жизни перешло в разряд «необычно», потому что очень скоро распахнулись двери и в спальне появилась молодая улыбчивая служанка в белоснежном переднике, повязанном на коричневое платье, и в накрахмаленном чепце, из которого выбивалась непослушная светлая прядь.
Улыбнувшись, поклонилась и представилась – звали ее Агния, и она, если я не возражаю, будет моей личной горничной.
Я не возражала. Наоборот, обрадовалась живой душе, которая сможет ответить на мои вопросы. И Агния принялась делиться новостями.
