– На усмирение несмайров были отправлены войска под предводительством Итона Мелгарда, – продолжал магистр Саммерс, – отца нашего нынешнего лорда-канцлера. Лорд Мелгард-старший отличался истинным драконьим хладнокровием и зорким видением будущего, свободного от несмайров. Под его руководством восстание в Южной Провинции было подавлено в кратчайшие сроки. Именно Итон Мелгард возродил в Вересковой Пустоши старую практику, которая называется «возвращение дурной крови земле». Кто знает, что это такое?
Я знала, но не смогла выдавить из себя и слова.
– Мне очень жаль, – пробормотала Исабель, коснувшись моей руки, потому что Берта Геррас во всеуслышание заявила, что это древняя казнь, с помощью которой драконы боролись со злом в лице несмайров.
Их вешали, а потом перерезали вены на руках.
– Пять баллов адептке Геррас, – кивнул магистр Соммерс. – Итак, дурная кровь вернулась земле, потому что Итон Мелгард казнил всех повинных в той резне несмайров, посмевших применить свою магию против драконов. Сделал он это быстро и безжалостно, без суда и следствия, чтобы другим было неповадно.
И бунт сразу же пошел на убыль, а прятавшиеся в горах повстанцы добровольно сдались правительственным войскам. Но он казнил их всех, потому что нет пощады несмайрам, какими бы хорошими они ни пытались показаться!
Тут я сломала перо, пытаясь продырявить голову магистру Саммерсу на своем рисунке.
Впрочем, ему настоящему это нисколько не повредило – он расхаживал по аудитории, продолжая свой рассказ.
– Правда, по возвращении Итона Мелгарда в столицу на него были поданы иски в Королевский Суд за особую жестокость, проявленную им в Вересковой Пустоши.
Но это ничего не дало, потому что король защитил своего героя. Лорд Мелгард-старший был помилован и награжден за особые заслуги перед Астаром.
И вот тогда мне стало плохо.
Очень и очень плохо, потому что Итон Мелгард был помилован, хотя резню в Вересковой Пустоши затеяли драконы, а те, кто носил в себе темную магию несмайров, были вынуждены защищать свои жизни.
А потом отца Конрада Мелгарда еще и наградили, хотя в городке Крушевицы, где и началась та самая резня, всколыхнувшая всю провинцию, погибли мои бабушка с дедушкой, а с ними сотни их друзей и знакомых.
Те, кто вел мирную жизнь, несмотря на то, что в них текла дурная кровь.
– Извините, магистр Саммерс, можно мне выйти? – пробормотала я, подняв руку. – Мне как-то… Как-то очень нехорошо.
Исабель кинула на меня быстро взгляд, но я покачала головой.
