Чуть не треснуло очко!

— Ох, какой же ты там горячий! — сказал Адам, поглаживая затянутые в чулки ноги Антона, — как же я рад, что мы с тобой делаем это!

— Я тебя заставлю платить мне алименты, если залечу от тебя, — сладко вымолвил Антон.

— Без проблем, милый, — отвечал ему Адам, проявляя интерес к соскам Антона.

Прерывисто дыша, Антон уже уверенней нанизывался на агрегат друга, Адам в этом тоже помогал Антону. Почувствовав, что он уже наполовину в нём, Антон привстал. С приятным хлюпающим звуком он вышел из дырки Антона. Затем Антон вновь резко опустился на него, уже глубже.

Наши ребята начали плавные, нежные телодвижения. Антон наслаждался ощущением наполнения внутри себя, Адам, тихо постанывая, просунул руку Антону под топик, наверное, инстинктивно ожидая встретить там женскую грудь, и стал проявлять интерес к сладостям Антона. Приятные ощущения внизу живота Антона становились всё сильней и сильнее.

— Какой же у тебя здоровый сервелат, Адамчик! — вскрикнул Антон.

С каждым движением Адам погружался всё глубже, с каждым движением Антон любил его всё больше.

Шланг Антона покачивался в такт их поступательным движениям, а яйца Антона шлёпались о волосы друга. Шумное дыхание Антона переросло в крик наслаждения. Антон ощущал его руки на своём теле, как Адам двигается, для Антона это было так восхитительно! Сервелат друга стал упираться в Антона, там внутри, но Антону было недостаточно, немного поёрзав на нём, Антон с силой насадил свою дырку до предела, загоняя тем самым его во всю длину сервелат Адама. Упиваясь чувством полного заполнения, Антон покачивался сидя на нём.

— Давай, Адамушка, отшлифуй меня, непослушную девчонку!

Антон соскользнул с блестящего шланга Адама и лёг на спину, подложив под булки подушку таким образом, чтобы они оказалась на уровне сервелата друга. Адам, закинув ножки Антона себе на плечи, ввёл свой агрегат в дырку Антона. Толчок, ещё толчок и вот он уже долбит дырку Антона, раз за разом, погружаясь всё глубже. Адам делает приятно ножкам Антона.

Покрывает его цветами, гладит под чулочками. Антон любовался его телом: в зеркале на стене Антон видел, как бёдра партнёра двигаются взад-вперёд, Антон в тот момент видел себя в роли его девушки. Волны удовольствия пронзали тело Антона, и Антон почувствовал, что уже вот-вот готов закончить. Яйца Адама шлёпались о влажные булки Антона, чавкающие звуки наполняли комнату. Адам прислонился к груди Антона и, задрав топик, представлял, что мнёт женские дойки.