Чуть не треснуло очко!

Играла тихая приятная музыка, в мангале таяли чёрные угольки, благодаря которым был приготовлен великолепный сочный шашлык, из окон доносились похотливые стоны дающих в дупло и брызгающих в рот…

Волшебная ночь сменилась солнечным ярким утром, звонкое щебетание птиц разносилась по всему коттеджному посёлку.

— Доброе утро, малыш, — с особой заботой сказал Антон дяде Игорю и спросил, — как тебе спалось?

— Отлично! Давно я так не засыпал ни с одним мужиком и не с одной бабой.

— Так ты ещё и этих хитрых пилоток успел потрепать своим стволом за свою длительную постельную карьеру? — удивился Антон.

— Да, было два раза по пьяни, сам знаешь про эти конченые брёвна с небритыми пилотками, ни какого толку: залез на неё, вставил, побарахтался на ней, брызнул в неё, слез с неё и всё, никакого кайфа. Так она ещё и залететь может, если вовремя сервелат не вынул, потом проблем не огрести. Вообще с женщинами я спасался одним проверенным дедовским способом, заставлял тёлок вводить пальцы в своё очко.

— Это точно. А у меня с бабой был полусекс! — радостно похвастался Антон.

— Это как? — спросил дядя Игорь.

— Когда мне было восемнадцать лет, я брал порножурнал с тёлками и играл в однорукого бандита. А иногда мне даже удавалось подглядывать за пацанами, которые очень любили поиграть со своими сервелатами, так как их ровестницы не давали им и подставляли свои пилотки пацанам постарше. Потеребонькать у них там было что! — с гордостью отметил Антон, — я бы сам не прочь был у них погонять шкурку!

— Ах ты, маленький извращенец, — усмехнулся дядя Игорь, — но я тоже от тебя далеко не ушёл.

Помниться мне, в лет девятнадцать, я отмечал день рожденья своей тёти Зины и, когда все гости были уже полуживые от водки, я зашёл к пьяной и спящей тёте Зине в спальню и закрылся. Я с ней лёг спать, так как в квартире больше негде было поспать — везде были гости. Но тут, толи от сексуального голода, толи от водяры, у меня встал жезл. Потрогав тётю Зину за руку, я понял, что она очень крепко спит. Затем залез к ней между ног и нащупал пальцами её небритое корыто и, вообще, очень сильно возбудил свою фантазию в тот момент. Затем немедля снял с неё трусы и решил обработать языком её дранную и немытую пилотку, ох, какая это была гадость, что я от злости и разочарования открыл ей рот, потеребонькал свой шланг и набрызгал ей туда немного молока, чтобы она, сука, знала как ухаживать за своим гребаным лохматым корытом.