Чуть не треснуло очко!

 — А потом я тебе ещё расскажу про свою службу в армии.

— Хорошо, только обещай мне, что не будешь смеяться, — попросил Антон дядю Игоря.

— Ну, ты же не смеялся, когда я тебе рассказывал.

— Окей! Тогда слушай мою историю любовных приключений, да и вообще можешь рассматривать эту историю как мою краткую биографию, — сказал Антон и начал вспоминать своё прошлое.

— Сейчас, после переезда в Колоссибирск, я учусь на психолога заочно в институте, снимаю комнату в общаге на окраине города, а так больше особо ни чем не занимаюсь, ну если не считать что я по вечерам занимаюсь самоудовлетворением.

Но это не главное. Сам я родился на Кавказе, а на Кавказе не принято церемониться с геями. Там, как на зоне, тебя может поиметь во все щели всякий кто захочет, не спрашивая твоего согласия. И зовут геев не геями, а петухами, так же как на зоне. Родился и вырос я в городе Нахачкале, что расположен в далёкой отсюда республике Багестан, эта республика, где очень много национальностей, культур, обычаев и законов, очень жестоких законов, например, злой мести и подобной лабуды. Жил я с матерью, своего родного отца я не видел никогда, да и мать не знала от кого я именно. У матери был любовник, его звали Вадимом, который жил с матерью до моего десятилетнего возраста, его я тоже помню смутно. Однако у меня были с ним хорошие отношения, мать говорила, что он от неё ушёл к другой женщине, а потом переехал в другой город. А без мужика в Багестане очень тяжело жить. Так как защищать тебя в случае чего некому, а этих случаев там очень много.

Я хоть наполовину и местный, но внешне славянской внешности: светлые волосы, белая гладкая кожа, одним словом, выделялся я среди ребят, и, на мою беду, не только этим. Примерно лет с восемнадцати парни стали проявлять нездоровой интерес к моим ляжкам. Фигура у меня совсем не мужская: сверху тоненький, а задница толстая и очень выпуклая, да бёдра как у девушки широкие. Я бегал по утрам, занимался плаванием, ничего не помогло. Ляжки наоборот становились упругими, в объёме ещё больше увеличивались.

Парни при каждом удобном случае откровенно тискали меня по углам, а некоторые из них, более смелые, и того хуже. Я стал бояться заходить на переменах в туалет, на городском транспорте боялся ездить, уж лучше пешком топать, чем в очередной раз терпеть в переполненном троллейбусе, как о твои булки в наглую трётся какой-нибудь амбал. Ведь в Багестане как здесь просто так ни кого не поимеешь, там надо жениться, а до этого ждать разрешения родителей жены.