Чуть не треснуло очко!

— Спасибо, Игорь, ну так вот, что я хотел, видишь ли, в нашем городе развелось много извращенцев, которые западают на молодых девок, и с ними надо бороться. Так бы я конечно же, не имел к ним ни каких претензий, но один поддонок начала соблазнять мою дочурку Ингу, хочет её распечатать раньше времени.

— Полностью с тобой согласен, Влад.

— Так вот нет ли у тебя каких-нибудь предложение и соображений по этому поводу.

— Ну, так-то есть соображения, на улице их не выловишь, надо их искать через социальные сети, ловить, так скажем, на живца.

— Отличная идея! Я точно также думал, поэтому уже и подготовился. Тогда я сегодня же создаю секретное общественное движение «Колоссибирск против извращенцев», одного поймаем, чтобы другим неповадно было.

— Влад, ну ты же сам прекрасно знаешь, что твою дочурку рано или поздно всё равно распечатают в нашем городе.

— Знаю, но хочется, чтобы она ещё немного побыла девочкой.

— Ладно, хорошо, завтра тогда Борьке Мочалкину позвоню и начнём.

— А зачем завтра, он уже тут, я его вызвал ещё вчера, а он мне не отказал по старой дружбе, помнит, сука, кто его от суда спас, а потом и из психушки вытащил.

— Не может быть! — Дядя Игорь очень удивился предстоящей встрече. — Борька Мочалкин! Ну, даёт, столько времени прошло, а он до сих пор востребован. Как же он приехал сюда, его же родители ребят, которым он целочки раньше времени сломал, до сих пор охотятся.

— Он прибыл под моей надёжной охраной, — мэр позвонил на внутреннюю линию, — алло, приведите-ка ко мне в кабинет моего гостя. Какого, какого. Мочалкина приведи ко мне в кабинет, сука!

— Подчинённые тупят? — поинтересовался дядя Игорь у мэра.

— Как всегда, в этом городе все только в гомосексуализме хорошо разбираются, больше ни в чём, — задумчиво ответил мэр. — Ну и это, впринципе, неплохо.

— Я ж помню этого Борьку Мочалкина, как он в кустах несносную молодёжь наказывал, вдувая им в клапан свои шаловливые пальчики, — дядя Игорь предавался прекрасным воспоминаниям, — да и что там говорить, там до сих пор трахаются, в том числе и я.

— Игорь, не сыпь мне соль на рану. Я б если бы не был мэром, тоже бы шуршал в кустах около «Ромашки», а так чтобы пальцем на меня не тыкали, приходиться надувать резиновую бабу и сдувать её и, соответственно в неё, в обеденный перерыв.