Леха приуныл, он был уверен, что новые модели не только с руками оторвут, но и денег отвалят побольше.
– В следующий раз на Рижский повезем, – угрюмо заявил он, потягивая пиво из высокой кружки, – у меня там тоже завязки хорошие.
Однако поздним вечером того же дня Лехе домой позвонил торговец с Киевского и поинтересовался, когда будет новая партия, ибо сегодняшнюю разобрали в течение двух часов. Как оказалось, Володя Юрцевич попал точно в цель.
Через некоторое время у них уже была собственная палатка на Рижском рынке, вместе с сестрой работали еще четыре швеи, а товар возили в Москву на новеньких «Жигулях».
Спустя еще полгода Володя понял, что это не для него. Слишком много поборов, слишком за многое приходится платить, слишком часто «наезжают» братки, требующие, чтобы с ними «делились», слишком рискованно устраивать «разборки». Деньги, конечно, рекой текут, но и убить могут в любой момент и не за понюх табаку. А как же отец? Беспомощный, неприспособленный, тихий сумасшедший, он же совсем пропадет без сына.
Да, пока что он вполне сохранный, если не считать портретов и писем, сможет и продукты купить, и еду приготовить, и постирать, и с работой справляется, но ведь ему уже к шестидесяти катит, выпрут через четыре года на пенсию – и что? Как он будет жить? А вдруг мозги у него совсем откажут? Леха, что ли, Белоногов будет содержать Володиного отца? Как же, дожидайся. Нет, рисковать нельзя, хотя и заманчиво, уж больно заработки хорошие, вот уже Володя и машину купил, еще немного – и можно подумать о перестройке дома.
Но зачем отцу хороший дом, если он будет жить в нем один и некому будет о нем позаботиться? Кооператоров убивали каждый день, и каждый день мог стать последним в жизни Володи Юрцевича."
"Нужно было подумать о государственной службе, причем такой, чтобы и платили прилично, и в случае чего престарелому отцу полагалась бы пристойная пенсия в связи с потерей кормильца. Однако какая же может быть государственная служба без образования? Разве что курьером или вахтером.
Правда, есть такая организация под названием «милиция»…
Всех сотрудников милиции, обслуживавших Рижский рынок, Володя знал в лицо и по именам, ибо самолично отстегивал им заранее оговоренные суммы.
– Валяй, – бодро ответил ему знакомый сержант, – у нас кадровый некомплект, возьмут тебя с удовольствием, тем более ты армию отслужил и прописка у тебя областная. Со здоровьем-то как? Военно-врачебную комиссию пройдешь?
– Для армии сгодился, – усмехнулся Володя.
