Он казался уже спокойным, почти нормальным. Я, естественно, стал спрашивать про пистолет, он сказал, что нашел его под подушкой в одном из номеров, уже когда бандиты уехали. Зачем взял? Чтобы продать. Это большие деньги. Мы довольно долго спорили, ругались, я на него орал, он на меня. Но тут пришла мама. Я успел быстро запихнуть пистолет под какой-то узел на антресолях. Маме наврал, что полез за старыми джинсами. Она ничего не заметила, не заподозрила. Мне пора было съездить на работу, Васька собирался ложиться спать, он поклялся, что до моего возвращения из дома не выйдет и к пистолету не прикоснется.
Я убрал стремянку и уехал. В автосервисе узнал, что братки думают, будто пистолет украли проститутки, и собираются устроить им большую разборку. Потом, правда, устроили. Четверых искалечили, двоих убили. Вы, наверное, слышали.
Арсеньев молча кивнул. Действительно, чуть меньше месяца назад случилось нападение на проституток, неподалеку отсюда, на пересечении Кольцевой дороги и Волоколамского шоссе.
По несчастным девкам полоснули автоматной очередью из проезжающего автомобиля.
– Когда я вернулся домой, – продолжал Павлик, – родители спали, брата не было. В ту ночь он и убил Кулька. А пистолета я больше не видел.
– Все? – уточнил Арсеньев после долгой паузы.
– Ну да, вроде бы все. Остальное я вам рассказывал раньше.
– А тебе не пришло в голову, вернувшись домой, слазить на антресоли и проверить, на месте ли пистолет?
– Пришло, конечно. Но я боялся разбудить родителей.
– Мог опять что-нибудь соврать, про джинсы.
– Мог, – Павлик тяжело вздохнул, – конечно, мог бы. Но, если честно, я боялся обнаружить, что его там нет. Тогда мне пришлось бы что-то делать, а что именно, я понятия не имел. К тому же на следующий день, рано утром, я должен был отдавать машину клиенту, мне надо было привести ее в порядок, придать товарный вид, пропылесосить салон. Я, пока гнал ее из Гамбурга, там кое-где поцарапал, в салоне и в багажнике бардак. В общем, я поел и пошел в гараж.
Арсеньев тут же вспомнил, что гараж находился во дворе у дома.
Месяц назад, в конце марта, там провели обыск и ничего интересного не нашли.
– Что мне теперь будет? – тревожно спросил Павлик.
– Не знаю, – покачал головой Арсеньев, – раньше надо было думать. Догадался бы ты сразу сдать пистолет в ближайшее отделение милиции, вот тогда бы точно ничего не было. Остались бы живы Куликовский, твой брат Василий, а возможно, и те несчастные девки на шоссе. Хотя они вряд ли.
