Чужая невеста. Право первой ночи

– И что это было? С каких это пор ты заделался праведником? – нападаю я на брата, стоит ему спуститься в мой кабинет.

– С тех самых, как понял, что не хочу простого траха, – ухмыляется младший, падая на кресло. – Я хочу поиграть…

– И как же? – зная, какой у него извращенный мозг, спрашиваю я с интересом.

– Вчера, когда рыжуля вырубила меня, я решил, что обязательно расквитаюсь с ней. А что может быть лучше того, что она сама мне даст?

– Ты хотел сказать, нам? – приподнимаю я бровь. – Надеюсь, ты не решил, что сможешь оставить девчонку себе и не делиться? – окидываю его подозрительным взглядом.

– О, нет! В том-то и соль! Я хочу развратить этого невинного ягненка так, чтобы она сама прыгала на наши члены! И ты мне в этом поможешь!

– И как же? – откидываюсь я на диване, расслабляясь от слов брата. Слава богу, он не пал под чарами этой рыжей ведьмы!

Сам я, должен признать, конкретно завис после нашего поцелуя. Не думал, что меня так торкнет от девчонки, но на вкус она оказалась слаще самого спелого фрукта.

– Соблазним ее. Каждый сам по себе, – с азартом потирает руки младший брат. – Я уже сыграл роль доброго рубахи-парня, так что теперь твоя очередь, хотя после сегодняшнего нападения она вряд ли подпустит тебя к себе, – самодовольно ухмыляется паршивец.

– Посмотрим, – хмурюсь я. – В любом случае я не собираюсь строить из себя то, чем не являюсь. Игры разума по твоей части.

– Разве я просил тебя калечить свою собственность? – вызываю я к себе Инессу после ухода Алима.

Мне совершенно не понравилось то, что управляющая взяла на себя смелость и посмела самовольничать.

– Но вы же сами просили быть с ней построже… – заламывая руки, пытается оправдаться женщина.

– Построже не значит уродовать! Ты видела ее руки? – смотрю я на нее в упор. – Ты знаешь мои правила, мы не калечим женщин! Даже к шлюхам относимся по-человечески!

– Мне очень жаль, Джавед Аргарович! Этого больше не повторится… – тут же начинает вымаливать она прощение.

– Даю тебе последний шанс, Инесса, – прожигаю ее взглядом. – И больше не трогай девчонку, она больше не под твоим попечительством.

– И еще, – решаю добавить я, когда она уже разворачивается, чтобы выйти из кабинета. – Если хоть одна девочка на тебя пожалуется…

– Не пожалуется! – клятвенно обещает она вновь, и я взмахом руки даю знать, чтобы валила.

Чертова садистка-лесбиянка! Видать, сучке приглянулась наша рыжуля, вот она и решила ее извести.