Ну хоть бы немножечко оказаться похожей на маму!
Лиля открыла шкатулку и надела жемчужное ожерелье. Честное слово, теперь чуть-чуть похожа! Надо только губы маминой помадой накрасить – и уже почти не отличить! Теперь духами побрызгаться…
Лиля покрутилась перед зеркалом. Очень хорошо, но… слишком уж она маленькая, ее и в зеркале-то почти не видно.
Ой! Мамины туфли!
Живо сбросила свои баретки, впрыгнула в красные замшевые туфли на высоченных каблуках.
Как красиво! Даже лучше, чем Золушкины хрустальные башмачки!
– Лиля! – послышалось вдруг из-за двери.
– Ты опять в моей комнате?
Лиля так и обмерла. Она совсем забыла, что мама почему-то терпеть не может, когда она сюда заходит!
Надо скорей все положить на место!
Потянула с шеи ожерелье… Но нитка порвалась, и жемчужины раскатились по полу.
– Я же запретила… – Маргарита вошла в комнату – и онемела, увидев свой жемчуг рассыпанным по ковру, а рядом Лилю… Лильку эту приблудную с накрашенными ее, Маргаритиной, помадой губами, благоухающую ее драгоценными духами, в ее туфлях… Вот-вот каблуки сломает!
Нет, а ожерелье! Ожерелье-то!
Схватила девочку за руку, рывком оттащила от комода.
Лиля бросилась за вешалку, спряталась за отцовский китель, висящий на плечиках:
– Мамочка, прости! Я больше никогда, никогда не буду сюда заходить! Я больше не буду!
Маргарита вытащила ее из-за вешалки, швырнула на кровать, схватила ремень Говорова. И принялась хлестать Лилю с внезапно прорвавшейся яростью и ненавистью. Она так давно подавляла эти чувства, а ведь они истерзали ее! Ревность, не иссякающая ревность к этой девочке, к той любви, которую не скрывал к ней муж!
– Дрянь! Ненавижу!
– Мамочка! Мамочка!
Крики разносились по всему дому.
Варвара в кухне залилась слезами, а Сергей без раздумий бросился на второй этаж и ворвался в комнату.
Упал на кровать, прикрывая собой Лилю, даже не замечая, что последний удар пришелся ему по спине:
– Маргарита Васильевна, вы что?! Так ведь убить можно!
Встал, взял девочку на руки:
– Лиля, тише, это я, Сергей.
– Ты что здесь делаешь? – гневно выкрикнула Маргарита, но Сергей уже убежал, унося Лилю.
Маргарита недоверчиво посмотрела на широченный офицерский ремень в своей руке и залилась слезами. Упала на колени, уткнулась в покрывало:
– Господи! Что я делаю?!
В это время Говоров, который уже отъехал было от дома, спохватился, что забыл портфель в столовой. Так расстроился из-за Котькиной выходки… Пришлось возвращаться.
Но в столовой портфеля не оказалось.
