Спросила:
— У тебя какие-то неприятности?
— Какие могут быть у меня неприятности! — стряхнув себя вялую задумчивость, весело ответил он. — Снаряды не рвутся, пули не свистят, пароход не тонет и Маруська не плачет! Жить хочется!
Но вскоре он снова стал задумчиво ходить по каюте.
— Ты бы хоть шпоры снял, кавалерийский матрос! — насмешливо сказала Нина. — Своим звоном дите разбудишь.
Слащёв подошел к колыбельке, приоткрыл одеяльце. Маруся не спала. Она подняла над собой руку и таращила на нее свои чуть раскосые глазенки
— А Маруська вовсе и не спит, — сказал Яков Александрович и, глядя на нее, улыбнулся: — Что, Маруся? Бессонница замучила? О чем думаешь? Как дальше жить?
Маруся в ответ тихонько пискнула.
— Ну, вот. И поговорили, — удовлетворенно сказал Слащёв и снова, словно отключился, стал задумчиво бродить по каюте. Потом попросил Нину:
— Найди мне чистый лист бумаги.
— Письмо будешь писать? — насмешливо спросила Нина.
— Представление тебя к Георгию. За долготерпение.
— Ну, спасибо. Хоть додумался, наконец.
Нина порылась в вещах и из какой-то коробки извлекла кусок серой оберточной бумаги.
— Другой нет.
— Ладно. Сойдет.
Слащёв снял со столика стопку пеленок, положил перед собою лист, задумчиво его разгладил. И долго сидел так, уставившись в бумагу. Затем стал что-то торопливо писать."
"Капитана «Твери» Анисима Михайловича Рыбакова он застал в его каюте. Похоже, он отсыпался за все последние сумасшедшие годы. Но спал он чутко, потому что открыл дверь прежде, чем Слащёв приблизился к двери его каюты.
Видимо, ему подсказал о приближении офицера звон шпор.
Прежде, совсем недавно, в капитанской каюте какое-то время размещался генерал Соболевский с женой. После того разгрома, который застал здесь Слащёв, вся каюта была вычищена, отмыта и выглядела так, словно после капитального ремонта. Она даже показалась Слащёву намного просторнее, чем он видел ее тогда. Прямо не каюта, а кают-компания.
Слащёв попросил капитана помочь ему на часок-другой перебраться на крейсер «Алмаз».
— Катера, ваше превосходительство, как вы знаете, у меня нет.
А спасательную шлюпку спустить можно. Сходите в машинное отделение, спросите Артура. Да вы его знаете, за щами с ним ко мне приходили.
Слащёв вспомнил лысого механика, с которым он познакомился, когда голодала Маруся.
Коморка, в которой Слащёв прежде видел Артура, была заперта. Он его нашел в машинном отделении, где тот с двумя своими помощниками, пользуясь стоянкой, приводил в порядок свое хлопотное хозяйство.
