– Ну и нахальство у вас, девушка, – рявкнула Касьянова и швырнула трубку.
Номер не прошел, уныло констатировала Настя. Придется ждать Ольшанского. А потом выяснится, что коробку к делу не приобщили, и ищи ее свищи по городским помойкам. Не зря же Касьянова даже разговаривать не захотела. Похоже, коробки действительно нет. Плохо. Но остаются перчатки и куртка. Хоть что-то.
– Вот, я написала.
Исиченко протянула Насте два листа, исписанных неровным и не очень разборчивым почерком. Настя принялась читать, с трудом разбирая некоторые слова и стараясь ничего не пропустить.
Людмила полезла в сумку и вытащила бутылочку из темного стекла, в таких продают жидкие лекарства в аптеках.
– Мне пора принимать лекарство, – пояснила она, перехватив взгляд Насти. – Можно, я возьму стакан?
– Пожалуйста, – кивнула Настя, снова утыкаясь в текст.
Она слышала булькающий звук – Исиченко, встав со своего места и отойдя чуть в сторону, наливала жидкость из бутылочки в стакан. Теперь она стояла спиной к Насте и пила, запрокинув голову.
Когда она повернулась, лицо у нее было странно отрешенным.
– Ну вот и все, – сказала она чуть сдавленным голосом, снова сев на стул перед Настиным столом.
– Еще несколько минут, Людмила Борисовна, – попросила Настя, не отрывая глаз от бумаги. – Я дочитаю. Может быть, попрошу вас еще кое-что дописать, если вы что-нибудь забыли.
– Я ничего не забыла.
Настя насторожилась и отложила бумаги в сторону.
– Что случилось, Людмила Борисовна? – тревожно спросила она.
– Ничего.
– Исиченко вымученно улыбнулась и взглянула прямо в глаза Насте. – Теперь уже все в порядке. Все хорошо.
Она дышала трудно и прерывисто и говорила, казалось, через силу. Веки опустились, словно она боролась со сном.
– Вы плохо себя чувствуете? Может быть, пригласить врача?
– Не старайтесь… вы все равно… не успеете. Я ухожу к Леониду… Теперь мы навсегда будем вместе.
Ее смуглое лицо стало землисто-серым, потом внезапно сделалось багрово-коричневым. Настя схватилась за телефон.
– Вася! – отчаянно крикнула она, услышав голос дежурного по городу. – Врача! Скорее!
Но тех нескольких минут, которые понадобились дежурному судмедэксперту, чтобы добежать до Настиного кабинета, оказалось слишком много, чтобы выпившая яд Людмила Исиченко смогла их прожить. Когда медик в сопровождении Кудина ворвался в кабинет, она лежала на полу и была мертва. Окончательно и бесповоротно.
Глава 8"
"Несмотря на позднее время, в метро народу было еще много.
