– Перестаньте, Ира, – поморщилась Диана. – Вы моложе меня, значительно моложе, и должны быть снисходительны. Кроме того, вы же не можете отрицать, что ваше поведение в прошлом дает мне все основания говорить о вас так, как я говорила. Всем известно, что вы много пили, баловались наркотиками и периодически укладывались в чужие постели. Если вы забыли, я вам напомню, как мы с вами случайно встретились в ресторане, когда вы отмечали сорокалетие Сергея. Вы были безобразно пьяны, лезли ко мне обниматься и во всеуслышание объявляли, что мы с вами родственницы по мужу.
Забыли?
– Хорошо, оставим это. Будем считать, что вы правы. Так что вы от меня хотите сейчас?
– Я хочу, дорогая, заключить с вами договор. Соглашение о взаимопомощи. В первую очередь я хочу, чтобы вы усвоили раз и навсегда, что политическое благополучие вашего мужа находится в моих руках. Вы можете вести себя, как тихий ангел, не пить, не колоться, не изменять ему и даже не курить, вы можете строить из себя образцово-показательную жену, давать интервью и всеми прочими способами морочить голову публике, но вы должны все время помнить, что я могу рассказать о вас множество нелицеприятных вещей.
И о том, как вы вели себя, когда мы с Сережей еще не были разведены, о том, как я дважды вышвыривала вас из нашей супружеской постели, и даже о том, как вы пытались драться со мной. Я могу рассказать, как в первые годы вашей совместной жизни Сережа приходил ко мне и плакал на моем плече, говоря, что вы шлюха и пьяница, что он хочет есть, что в квартире грязь и бардак, но он ничего не может с собой поделать, потому что любит вас и дня без вас прожить не может.
В общем, рассказать я могу многое. Но могу и не делать этого. Могу, например, всем и каждому говорить, что Сережа встретил вас, когда мы с ним фактически уже расстались, так что о супружеской измене и речи нет, что вы всегда вели себя достойно и ничем меня не обидели. Что Сережа вас безумно любил и всячески превозносил. И так далее. И только от вас зависит, какую линию поведения я выберу.
– И что конкретно я должна сделать, чтобы вы не поливали меня грязью? – спросила Ирина, стараясь скрыть дрожь в голосе."
"– Вы должны делать мне рекламу, дорогая моя. Я, видите ли, тоже решила заняться политикой, женщина я свободная, энергичная, времени и сил у меня более чем достаточно, так почему бы и нет? Уверяю вас, это развлечение ничем не хуже других. Сегодня моя партия еще мало кому известна, хотя в выборах мы участие принимали, у нас все как у больших.
