А девушка застывает, будто боится меня.
Переигрывает, конечно. Она давно не девственница. Да и я в обычной жизни особого интереса никогда не питал к «трепетным девам». Но в рамках игры… очень даже нравится.
Нащупываю узел на затылке и, осознав, что у нее на глазах повязка, хищно улыбаюсь. Чуть тяну за волосы, заставив ее запрокинуть голову, перекидываю тяжелую смоляную копну через одно плечо вперед и оголяю шею.
Впиваюсь губами в пульсирующую жилку, которая мгновенно заходится в дикой пляске от моих поцелуев.
Напряжение все выше.
И выше. До максимума.
Обнимаю ее со спины, обхватываю пальцами подбородок, чтобы развернуть лицом к себе. Ловлю пухлые губы. Впитываю лихорадочное дыхание, пробую на вкус, пожираю сладкую землянику с терпким виноградом.
Натыкаюсь на какую-то ленту на ее дрожащих коленях.
Было ли в записках что-то про связывание? Ни черта не помню. Но крышу сносит от возникших в воображении картинок.
Мозг отключается и улетает в нирвану.
Я целиком концентрируюсь на моей искусительнице.
Нависаю над ней, целую.
Между нами еще толком ничего не произошло, но мы оба балансируем на одной высоковольтной линии. Напряжение зашкаливает. Искры летят.
Игра только началась…
Подхватываю разомлевшее тело на руки, несу к постели и бережно опускаю на подушки.
И даже долбаные шелковые простыни меня уже не остановят.
Глава 5
Каролина
- Ты кто такой? – мой испуганный писк прорезает тишину ночи. Не узнаю собственного голоса – настолько он сиплый и дрожащий.
Умолкаю и застываю, боясь пошевелиться.
Ник, работая в фитнес-клубе, сам чуть ли не каждый день занимался в тренажерном зале. Часто даже пропускал наши свидания, потому что задерживался допоздна, но… Мне кажется, до такого качка ему далеко. Впрочем, мы впервые настолько близки – и…
Аккуратно ерзаю на постели. Морщусь от дискомфорта и импульсивно подаюсь ближе. Хочу вернуть себе ощущение уюта, тепла и защищенности.
Предупреждающий, хриплый кашель доносится над самым ухом. Растекается миллиардом мурашек по коже.
Да нет! Это точно Ник! Иначе я бы не реагировала на него с таким трепетом. Не зашла бы так далеко. До точки невозврата…
- Хм, аналогичный вопрос к тебе, - чужой шепот разбивает вдребезги последнюю надежду. И толкает меня в пропасть. Бесконечно глубокую, куда я лечу вечность, не достигая дна.
Широко распахиваю глаза, но все равно ничего не вижу под повязкой. Ресницы неприятно трутся об шелковую ткань, губы смыкаются, но все еще помнят страстные, терзающие поцелуи.
