Но сейчас мне кажется, что он вполне серьёзно говорит обо всём.
Мужчина слишком бережно укладывает меня на постель, чтобы сдержать удивлённого вдоха. Прикрываю глаза, чтобы усмирить магию и чувства. Они сходят с ума рядом с этим оборотнем.
— В комнате холодно, — говорю невпопад, лишь бы отвлечься. — Даже для меня.
— Проветривал, чтобы ушел запух твоего драгоценного медвежонка.
— Я думала, что ты мой медвежонок.
Смеюсь над выражением лица мужчины. Нечто средние между удовольствием от моих слов и раздражением.
Уверена, что первое принадлежит Зверю, а второе — самому Бергу.
И когда только я научилась их различать, если это все ещё один мужчина?
Который закрывает окно, а после забирается на кровать. Ложится рядом, утягивая меня к себе. Мы в грязной одежде на чистых простынях. Но возмущаться нет желания.
Это я тоже успела понять.
Что Берг не сильно много внимания уделяет уборке. Ведь по велению магии и с помощью меня его куртка весит на нужном месте, а постель меняется.
Я лежу на груди мужчины, пока его ладонь прижимает меня сильнее.
Застывает чуть выше бёдер, оттянув край джинсов. Касается косточек, шпарит своим теплом.
— Ты как напряженная струна, куколка. Что происходит?
— Не знаю.
— Содержательный ответ.
— А чего ты от меня хочешь?!
Взрываюсь, но даже не пытаюсь отодвинуться от него. Вместо этого использую магию, чтобы снова увидеть серебряную нить между нами. Единственная моя связь, которую я в состоянии увидеть.
— Ты снова это делаешь. Касаешься нашей нити.
Нашей.
Одной на двоих, как главное доказательство, что действительно Истинные, и я принадлежу ему. Метка не давала такое ощущение, как этот маленький проблеск магии.
Запрокидываю голову, смотря на Берга. Тот лежит спокойно, с прикрытыми глазами, но клыки лезут. Это должно пугать, но выглядит слишком сексуально.
— Это приятно?
Спрашиваю, выбираясь из рук мужчины. Не могу отодвинуться далеко с его хваткой, но хочу иметь возможность смотреть на него. Словно так лучше пойму всё происходящее.
— А ты ничего не чувствуешь?"
"— Нет, только вижу.
Ну, я ощущаю магию. И она бьётся током, теплотой. Но не думаю, что у тебя так же.
— Нет. Это словно ты опускаешь руку сразу на член.
— Берг!
— Ты сама спросила.
Спросила, но не хочу слышать такого ответа. Слишком откровенно и пошло, чтобы я смогла обойтись без румянца. А Берг впивается жадным взглядом в моё лицо. Считывает каждую реакцию, смакует её.
Хочу хоть как-то стереть это выражения, снова прикасаясь к нити.
