Существует миллион подслушивающих заклинаний, а я даже не знаю, как их обходить.
Ведьма, а совсем не смыслю в магии. Только те базовые вещи, которые раньше казались сложными. А теперь даются слишком легко.
— Нужно выпить все отвары, чтобы стало лучше, — произношу заученную фразу. — Сонь.
— О, жизнь тебя не меняет.
— Жизнь забавная штука. Знаешь, — присаживаюсь на краюшек стола, пытаясь подобрать слова. — Всё быстро меняется. Вот ты невеста одного, а вот тебя похищает Истинный.
— Вы с Верховной, наверное, счастливы, что ты вернулась.
— Да, Верховная очень рада. А я, — отрицательно качаю головой, привлекая внимание Софи. — Ещё больше. Так, а теперь — пей.
Но в противовес забираю у девушки стакан, доставая из подкладки пальто пустую бутылку. Медленно переливаю под непонимающим взглядом девушки. И, впервые, вижу слабую тень улыбки.
— Берг, кстати, оказался редкостным мудаком. Представляешь?
— Берг?
— Ага, а его брат Макс… В общем, эти ужасные оборотни, — но улыбаюсь, как всегда, когда думаю о Берге. — Они ведь просто так не отпускают.
Всегда стараются вернуть своё.
— Конечно, чудовища ведь так просто не отступают, да?
— Да, чудовища удивительно хорошо справляются с поставленными задачами. Слишком напористые, — ладонь сама тянется к животу. — И жестоки. Видишь, сколь у меня синяков? Сонь, твои… Твои же были такие же или…?
Нельзя же о таком спрашивать. Бросать девушку из одних воспоминаний к другим. И это не моё право лезть в чьё-то прошлое. Но так важно понять — насколько сильно мне долбануть Верховную, когда появится Берг.
— Не все. Часть, когда меня уводили от Истинного. Но большинство — да… Звери любят оставлять на своих парах синяки и отметины.
Говорит зло, но с улыбкой. Действительно улыбается, хотя на дне глаз застыла печаль. И я понимаю, что всё сделала правильно. Даже если после этого Берг никогда не простит меня окончательно и не даст спокойно жить, я не буду жалеть.
Я не виновата в том, что Верховная редкостная сука. И в том, что Соня оказалась в этой ситуации. Не виновата, но могу исправить.
— Я зайду завтра утром с новыми травами.
Обещаю, пряча бутылку обратно. Там плещутся мои и Сонины травы, а я не собираюсь так глупо доверять Верховной. Только не снова.
— Обещаешь, что всё выпьешь?
— Да, хорошо.
Я выхожу из чужого дома, а на душе у меня легко. Я, по сути, в плену у Верховной. Где-то рядом кружит Дан, который тоже хочет урвать власть над Бергом.
А я, кажется, счастлива.
Особенно, когда слышу знакомый рёв своего Зверя.
