Берг не касается меня внизу, не делает последний шаг, но и этого достаточно, чтобы всё горело. Желание похоже на огонь инквизиции, уничтожающий ведьму.
Превращающий в сплошной пепел, который погребает под собой.
— Прекрати, отпусти меня.
Прошу севшим голосом, потому что ничего другого мне не остаётся. Хватаюсь за плечи, стону от жесткого поцелуя. И вскидываюсь, когда мужчина тянет на себя. Вжимает в горячее тело, от чего бегут мурашки.
— Куколка, я тебя не держу.
Пытаюсь высказать всё, что думаю об этом «не держу», но обрываюсь.
Часто моргаю, чувствуя накатившие слёзы. Он лежит на спине. Чертов Берг лежит, а я оказалась на нём.
Даже не поняла в какой момент. Когда перестала быть прижата каменной глыбой, а уселась сверху. Смотрю на мелкие царапины, оставленные мной же на груди мужчины. На наливающийся красным след на мощной шеи.
— Я…
— Дикая, — Берг довольно ухмыляется, надавливая на бёдра. Не даёт отстраниться, скользя пальцами ниже. — Тише, куколка. Кто-то стал очень влажным.
— Не правда.
Хнычу, когда его грубые пальцы касаются моего лона. Чувствуют возбуждение, прямое доказательство словам Берга. И так правильно надавливают на клитор, что не могу сдержать себя.
— Правда, Тая. Вот какая правда, — притягивает за волосы к себе, касается в очередной раз губ. И продолжает двигаться, заставляя серебро разливаться по телу. Словно яд, который проникает в каждую клеточку, дурманит и отключает разум. — Ты хочешь меня.
— Не хочу. Я… Я представляла Дана!
— Сучка!
Его глаза напоминают кровавую луну.
Яркие, горящие алым. Мужчина рычит, и это похоже на рёв дикого зверя. Который идёт за своей добычей, готовясь разорвать на мелкие клочки.
Вот теперь я действительно разозлила его, и всё закончится.
Жмурюсь, когда меня сбрасывают на постель. И жду действий мужчины. Лучше так, со злостью и ненавистью встретить свою участь, чем самой тянуться навстречу. Желать того, кто разрушил мою жизнь.
Отскакиваю к краю кровати, когда слышу глухой удар. Ни в чем неповинная тумба улетела на другой конец комнаты.
Разлетелась на щепки, потеряв ящички по дороге.
Берг часто дышит и смотрит на меня, не моргая. Пытаюсь прикрыться хоть чем-то, но только притягиваю к себе ноги.
— Иди в душ, куколка, — он произносит совсем не то, что я ожидаю. — В душ, Тая, пока я не доказал, кого на самом деле ты представляла. Мне повторить?
— Нет.
Пищу, как не подобает ведьме, и несусь к двери в углу комнаты. Там ведь может быть окно.
