Чужая невеста для сына герцога

Конь стоял смирно. Осторожно тронув поводья, девушка направила Снежного по кругу. Конь пошел ровной рысью.

Вскоре прибежали два младших конюха

— Он признал вас, госпожа! — восхищенно пробормотал один из парней.

— Бен приказал привести его назад, — сказал другой.

Он хотел набросить на жеребца аркан, опасаясь подойти поближе, чтобы отвести его в стойло, но промахнулся.

Конь взвился на дыбы, но Ильеста удержалась в седле, натягивая поводья.

— Тише, тише, — шептала она, стараясь успокоить Снежного.

Никто не ожидал того, что произойдет дальше.

Конюх снова попытался набросить аркан.

Конь захрапел, укорачиваясь, поднялся на дыбы и в стремительном прыжке перемахнул через забор, огораживающий площадку для выездки. Снежный поскакал, не разбирая дороги. Ильеста вцепилась в белую гриву и слышала, как отдается в ушах топот копыт. Так же громко колотилось и ее сердце. Она пыталась успокоить жеребца, но тот стремительно несся по заднему двору имения.

Впереди показались шесты с натянутыми веревками, на которых прачки сушили накрахмаленные до хруста белоснежные простыни.

Конь сделал скачок, пытаясь перепрыгнуть через неожиданное препятствие, и зацепился ногами за веревки. Раздался пронзительный визг разбегающихся прачек, Ильеста вылетела из седла, и ее швырнуло в сторону. Она перелетела через голову захрипевшего Снежного и ударилась правым боком о землю. Иль услышала противный хруст, ее тут же пронзила острая боль, и девушка потеряла сознание.

4.3

4.3.

Ильеста пришла в себя, с трудом разлепив глаза.

Невыносимо болела голова. В нос ударил резкий запах травяной настойки, и она чихнула. Сфокусировав взгляд, девушка увидела, что лежит в своей комнате. Потертый серый ковер на полу, выцветшие тяжелые портьеры из лилового бархата, потускневшая медная люстра, нависавшая над кроватью. Ильеста застонала, солнечный свет слишком бил в глаза.

— Хвала пресветлой Кайниэль, Иль, девочка моя, ты очнулась, — раздался голос старой няни Миары. По ее широкому морщинистому лицу ручьем потекли слезы, которые она и не думала скрывать.

"

"Ильеста почувствовала, что с ней что-то не так, и с ужасом ощупала деревянные дощечки, охватывавшие правую ногу.

— Что у меня с ногой, няня? — вскрикнула Ильеста, с испугом.

— У вас сломана нога, госпожа, и лекарь наложил вам деревянный короб, чтобы она срасталась, — сказала Миара.

Ильеста заплакала.

— Ничего, моя госпожа Иль еще будет отплясывать на осенних балах, когда поправится, — зашептала няня, гладя девушку по растрепанным волосам.