Чужая невеста (СИ)

Рассчитываю на скорую встречу, его высочество Калем…»

Немного забавным выглядел тот факт, что рассчитывает он на встречу ещё с одиннадцатью предполагаемыми невестами, но что поделать, он же наследник, ему выбор полагается. И выбор, вероятно, непростой…"

"Шутка дурацкая, первое что подумала Диана, но благоговейный взгляд посланника говорил об обратном. Он ждал ответа.

Иллюзиями себя Диана не тешила и ни на трон, ни на сердце принца не претендовала. К тому же, зачем претендовать, когда своё собственное… давно занято…

Но вот попытаться дойти до финала и стать фрейлиной её высочества – стоило.

Приглашение пришло очень кстати, что радовало Диану и огорчало госпожу Бернар.

Мать билась в бессильной ярости. Она почти сплавила нерадивую дочь господину Одовецкому, а тут…

И что, что он трижды вдовец? И плевать на слухи, будто он сам своих юных жён со свету сжил. Замучил до смерти… Какое это имеет значение, когда предлагают пятьдесят тысяч и возможность навсегда избавиться от калеки.

… а то, что эта калека доход ежемесячный приносит и хозяйство ведёт, за поместьем следит… да, кого волнует, когда разом и пятьдесят тысяч.

.. В этом и была главная проблема Элаизы Бернар, она отличалась жуткой недальновидностью. Деньги-то закончатся, а Диану уже будет не вернуть и на что жить?

Карета остановилась перед высокими кованными воротами с металлическими головами грифонов на них.

Мать жалко не было. Диана спасала собственную шкуру. Да и за что её жалеть? Могла бы работать. Кем? Да кем угодно. Вязать и вязанье на рынке продавать.

Салфетки вышивать, соленья мариновать. Или вон как Диана сыр и творог делать, а ведь на домашнюю продукцию в Весборне спрос большой.

… могла бы. Но не стала. Не пристало женщине трудиться. Взросла баба, а всё туда же.

Диану больше волновал Маркус. Разговор накануне получился непростой. Тревожный.

«Маркус пришёл, когда уже полная луна выкатилась на тёмно-синей небосвод. Обычно приходит раньше.

Он пробирался сквозь шиповник, неуклюже и шумно, вызывая у Дианы улыбку.

– Прости, – выдохнул Маркус, вытаскивая из тёмных волос сосновые иголки.

– Мать начинает что-то подозревать, не просто было уйти из дома.

– Я понимаю, – улыбнулась Диана, зябко кутаясь в пуховую шаль. – Скоро всё изменится, – она протянула приглашение на отбор и подхватила чёрную трость с белой птичкой, что прислонила к дереву.

По мере чтения, Маркус всё больше хмурился и этим вызывал у Дианы волнение.

– Ты полагаешь, я должен быть рад? – карие глаза сверкнули в темноте.