Инга на днях рассказала брату о неведомом проклятии, на что тот отреагировал вполне ожидаемо:"
"– Инга, я не сомневаюсь в твоих способностях и допускаю, что существуют некие предвидения и что там еще в этом духе… Пообщавшись с тобой, в любую чертовщину поверишь. Но все-таки, мне кажется, что ты уж слишком увлеклась. В общем, барышни, если вам нравится верить в подобные мистические истории и разгадывать загадки – пожалуйста, никто вам в этом мешать не будет. Только меня уж увольте, плиз.
Гостить у бабушки впервые было так тяжело.
Бабуля постоянно причитала по поводу гибели младшей внучки и, едва успокоившись, вновь начинала плакать. Лариса даже пожалела о том, что вообще приехала – ее приезд еще больше растревожил горе старушки. Поскольку до Лариного приезда бабушке поговорить было особо не с кем, то теперь, когда у нее появилась слушательница, она дала волю своему горю. Лариса, как могла, пыталась переключить бабушку на другие темы, но если это ей и удавалось, то ненадолго.
– Ба, пожалуйста, хватит! – когда бабушка в очередной раз извлекал из кармашка халата платочек с целью поплакать, Лариса, поняв, что молить ее успокоиться без толку, решительно отрезала.
– Я тебе сейчас принесу успокоительное, а потом мы просто с тобой посидим рядышком вместе – и без слез!
Старушка послушно кивнула и, промокнув влажные глаза, убрала платочек. Лариса принесла лекарство и стакан с водой, и после того как бабушка приняла капли, предложила:
– Ба, может, фотографии посмотрим?
Она знала, что бабуля очень любит пересматривать фотографии, особенно если рядом находится слушатель.
О каждой фотографии бабушка могла рассказать многое: кто сфотографирован, когда и почему – все это старушка хранила в своей памяти, как бесценную реликвию.
– Давай! – бабуля, как и следовало ожидать, охотно согласилась и зашаркала к комоду, в котором помимо белья хранила и пакеты с фотографиями. Лариса, наблюдая за бабушкой, выдвинувшей верхний ящик комода и зашуршавшей пакетами с фотографиями, неожиданно подскочила, ужаленная одной мыслью.
«… Под полом… Третья дощечка, она отходит… Возле старого комода…» – вспомнились ей слова странной девушки из давнего сна. Комод! Только у бабушки Зои сохранился старый комод, с которым та категорически отказывалась расставаться, упорно утверждая, что такую удобную мебель уже не производят. «Третья дощечка, возле комода…» – Лариса опустила взгляд на паркетный пол, с усилием подавляя желание тут же попробовать отодвинуть нужную паркетину.
