Увидев высветившееся на экранчике имя Вадима, она со смехом ответила:
– Ты чего?
И тут же осеклась, поняв по тону Вадима, что что-то случилось.
– Лара, я не смогу к тебе сейчас приехать. Мне Инга только что позвонила в истерике. Лёка попыталась покончить с собой, ее отвезли в больницу. Я тоже туда сейчас еду.
Внутри будто окатило холодной водой. Лариса замерла с трубкой, не зная, что спросить или сказать, все слова и вопросы будто разом вылетели из головы.
– Лара?.. – он, испуганный ее долгим молчанием, спросил.
– Д-да, я здесь… Как это случилось?
– Не знаю ничего. Мне Инга позвонила, кажется, из «больницы». Я так понял, что она нашла Лёку в ее квартире и вызвала «скорую». Я тоже еду в больницу – поддержать и успокоить сестру.
– Вадим, позвони мне, хорошо? Или, если сможешь, приезжай. У меня и заночуешь. Я не буду спать, дождусь твоего звонка или приезда. Хорошо?
Вадим промычал что-то неопределенное и отключился.
Приехал он около часу ночи, когда Лариса уже вся извелась, встревоженная отсутствием звонков и хоть какой-то информации о состоянии Лёки.
– Извини, что так поздно, – Вадим устало поцеловал ее и прошел в комнату. Сел в кресло и, поморщившись, помассировал пальцами виски. Лариса, прислонившись к дверному косяку, замерла, не решаясь спросить. И все же, не выдержав молчания, спросила:
– Как Лёка? Спасли?
– Спасли, похоже… Глупая девчонка, кто ж таким способом решает свои проблемы? Беда с вами, барышни… Прочитала в газетенке грязную статью о себе и решила таким вот кардинальным способом… Инга сказала, что у Лёки сегодня был трудный день, на радио не приняли ее песни.
А тут еще статейка – пустая, нелепая, но Лёка – барышня впечатлительная, вот и резанула себе от отчаяния вены. Хорошо, что Инга решила к ней заехать – успокоить после этого провала с радиостанцией. И ладно ключи от Лёкиной квартиры у нее были. Так и нашла ее – с перерезанными венами. Спасло лишь то, что времени мало прошло. Мы с Ингой долго просидели в больнице, пока нам хоть что-то вразумительное про Лёку смогли сказать.
Потом отвез сестру домой, посидел с ней еще какое-то время, чтобы она более-менее успокоилась. И после – к тебе. Если позволишь, я рухну спать уже у тебя, не поеду домой…
– Конечно, Вадим.
Она предложила ему поужинать, но он отказался, согласившись только на чай. И когда Лариса уже готовила ему чай и бутерброды, сказал:
– Инга уже не поедет, останется с Лёкой. Мы можем поехать вдвоем, если считаешь, что так надо. Решай ты, потому что мне – все равно.
