А ты, милая, проследи за тем, чтобы он так и сделал!
Бабуля, повернувшись к Ларе, строго наказала, и девушка пообещала, что «проследит».
– Вот обедом накормлю вас, и поедете… А тебя, милая, еще и завтраком накормить следует! Я оладий про вас напекла, да только пока ты на кладбище бродила, они остыли… Вадим-то горячих поел.
Лариса, желая угодить бабушке, уверила, что с удовольствием поест оладий – даже и остывших.
Оладьи и правда оказались вкусными, особенно с густой деревенской сметаной и чуть подогретым молоком.
Бабуля, сев за стол напротив Ларисы, обхватила ладонями морщинистое лицо и с умилением наблюдала, как девушка с аппетитом ест.
– Вкусно? Ну, на здоровье!
Баба Валя очень обрадовалась тому, что ее стряпня пришлась молодежи по вкусу.
– Я на обед вам щи в печке приготовлю! Таких в Москве вы не попробуете. Моя внучка, когда приезжает в гости из города, только и нахваливает мою стряпню. В городе разве такая еда? А здесь все свежее. А если уж в печке приготовить… М-м-м. Только вот не часто внучка приезжает, учится, только на каникулах и может.
Скучно ей здесь – молодежи нет, гулять не с кем. Погостит два-три денька и уезжает в свой город. А я скучаю. Общаться-то особо и не с кем, только с соседкой Серафимой, да иногда с жителями, когда кто за помощью приходит… А ты, милая, нашла могилки-то?
Лариса отрицательно покачала головой и, вспомнив страшную старуху, вновь почувствовала, как душа наполняется холодком страха.
– Надписи полуистертые, не прочитать… Может, если бы я дольше ходила, то нашла бы.
Вадим насмешливо покосился на нее. «Я так и знал», – открыто читалось в его взгляде.
– Только вот… – Лариса помялась, говорить или не говорить о старухе, напугавшей ее. – Я на кладбище одну… пожилую женщину встретила. Испугалась. Страшная такая, я от страха даже онемела.
Лариса усмехнулась, постаравшись, чтобы ее рассказ выглядел как некий забавный эпизод и не породил бы новых упреков со стороны Вадима и бабы Вали.
– А-а, это ты, наверное, с безумной Лидкой встретилась! – бабуля, усмехнувшись, пояснила.
– В Черногрязцах она живет, да только в основном все по кладбищу бродит. Лидка не причинит вреда, только напугать может. Она в прошлом году и внучку мою напугала, когда зачем-то в Опенкино забрела. Лидка сумасшедшая и уже давно, с молодости. Родни у нее никого не осталось, живет одиноко, все ее развлечение – бродить день и ночь по кладбищу. Жители к ней привыкли, подкармливают. Она только выглядит так страшно, а вообще-то безобидная.
