«…О славное имя великого Бога живого, Которому от начал времен принадлежит все существующее, и я, Твой слуга… Умоляю Тебя послать мне Твоих ангелов, дабы они показали мне все, что я желаю видеть и знать чрез Господа нашего Иисуса Христа… Во имя Отца и Сына, и Святого Духа…». Она бормотала заклинания все громче и громче, с жаром, чувствуя, как каждое произносимое ею слово будто обретает вес. И одновременно ощущая, как от затылка к щиколоткам пробегает теплая волна, и голова будто тяжелеет, и веки смыкаются все плотней и плотней, будто спекаясь.
Инга закончила молитву-заклинание уже почти в голос, погасила в комнате все свечи и тихо скользнула под одеяло.
… Она поднималась вверх по лестнице. Лестница была без перил, состояла из множества крутых ступеней, которые будто вели в само небо. Верхняя площадка терялась в облаках, и нельзя было понять, насколько лестница продолжительна. Инга поднималась по этим ступеням, зная, что где-то там наверху ее ждет бабушка. Бабушка каждый раз меняла место «встречи», и Инга то шла длинными переходами, то улицами с цветущими деревьями, то скользила вниз по тоннелю, а сегодня вот поднималась по лестнице.
Бабушка ждала ее на одной из лестничных площадок. Инга, поднявшись к ней, с любопытством задрала вверх лицо, силясь углядеть окончание лестницы, теряющееся где-то в облаках.
– Тебе еще туда нельзя, Инночка, – бабушка, улыбнувшись, мягко осадила ее любопытство. Она всегда звала ее не Ингой, а Инночкой. «Ну что это за имя такое – Инга?» – возмущалась бабуля.
«Назвали же так… Вот Инна – это я еще понимаю…»."
"– Мы поднимемся вместе до туда, куда тебе еще можно, – старушка, взяв ее за руку, повела за собой. – А на самый верх никому из нас нельзя – там Сам…
Инга молча шла за бабушкой, не решаясь задать интересующие ее вопросы. Отсчитывая ступеньки, она подумала о том, сколько же таких ступеней ей еще придется пройти, только уже не вверх, а вниз, на обратном пути.
– Инночка, мама с папой по тебе скучают…
– Я хочу с ними встретиться, бабушка, – Инга умоляюще попросила.
Бабушка помолчала, словно взвешивая все «за» и «против», и потом решилась:
– Хорошо. Это надо будет подняться еще выше – выше, чем тебе дозволено бы… Ну раз так… Остаться тебе очень там захочется – вот в чем опасность. Тебе ведь каждый раз хочется остаться с ними… И когда-то не выдержишь, останешься. А нельзя ведь пока тебе…
– Бабушка, я очень тебя прошу…
Родители выглядели точно так же, как сохранила память их образы.
