И снова, после того, как медсестра ушла, обратился к доктору:
– Услуга за услугу. Я заминаю скандал и обещаю к нему больше не возвращаться, вы сообщаете мне отчество и возраст моего однофамильца.
И, предугадывая возражения доктора, рявкнул:
– Надо!
– Ну хорошо, в порядке исключения, – доктор вздохнул и, порывшись в лоточке с бумагами, извлек нужные.
– Дохновский Вадим Юрьевич, 1957-го года рождения.
Вадим, не сказав больше ни слова, встал и, не попрощавшись, вышел.
Когда Лариса вернулась с работы, Вадим был уже дома.
Как будто расстроенный, он сидел за кухонным столом над тарелкой с уже остывшим супом и, отложив ложку, о чем-то думал. И когда Лара вошла на кухню, вздрогнул, словно внезапно очнулся от своих мыслей.
– Привет! – она поцеловала его и нахмурилась:
– Что-то случилось?
– Да нет, ничего… – Вадим поднялся и, отодвигая свою тарелку, нарочно бодрым тоном сменил тему:
– Я разогрею тебе ужин. Кстати, Инга звонила, просилась приехать. Ей не терпится что-то еще нам рассказать.
У меня в последнее время стало складываться впечатление, что мы живем не вдвоем, а втроем – я, ты и моя сестра.
Он усмехнулся, но видно было, что все же столь частые визиты сестры его не раздражают, и злословит он просто так, из «вредности».
– А хоть бы и втроем! Ничего не имею против Инги, – Лара рассмеялась и отправилась переодеваться и мыть руки.
…Вадим все же с большой неохотой, но сдался перед Ларисиными настойчивыми расспросами, чем он так расстроен.
– Барышни, есть у вас одна вредная черта – излишнее любопытство, граничащее с назойливостью, – он с усмешкой проворчал, а девушка, ничуть не обидевшись на его замечание, бойко парировала:
– Барышни не из любопытства лезут в душу, а из желания помочь.
Выговоришься, легче станет. Поверь мне.
– Это вы, барышни, решаете проблемы, делясь ими с десятью подругами, а мужчины решают их, уходя в себя. Этим мы от вас и отличаемся.
– Не только этим, – девушка усмехнулась и отставила пустую тарелку.
Приятно, конечно, что Вадим за ней так ухаживает – ужин, например, готовит или разогревает, если приходит с работы раньше ее. Влад так никогда не делал. Впрочем, может и Вадима ненадолго хватит, как знать…
– Чему улыбаешься? – он тут же подозрительно спросил.
– Да так… Не увиливай от темы.
– Если я закурю, не помешаю?
– Бо-оже, Вадим, какой ты деликатный! Нет, не помешаешь. Я чай пока налью. Будешь?
– Буду! – он кивнул и закурил, приоткрыв форточку.
