Не важно, каким образом возникшую». «Мне брата надо спасти!» – Инга почти в отчаянии мысленно воскликнула, пасуя и перед совестью, и перед осуждением внутреннего голоса, и почти сдаваясь перед атакующими сомнениями. «Спасти брата ценою разрушенной любви?», – совесть усмехнулась и отошла в сторонку: «Ну-ну…».
Инга бросила быстрый взгляд на брата, а затем на Ларису. Что если и правда вместе с Единением разрушатся и их отношения? Так и произойдет, если они только этой Силой и связаны. Инга, задумавшись, немного оплошала и взяла у Вадима гораздо бо льшую порцию энергии, но вовремя спохватилась.
Брат, поморщившись, переступил с ноги на ногу и непроизвольно сжал ее ладонь, словно внезапно почувствовал резкую слабость. Возможно, так и есть. «Прости, родной», – Инга бросила на него незаметный виноватый взгляд. И мысленно сосредоточилась теперь на Ларисе, чтобы взять недостающую энергию у нее. Но едва она «коснулась» Лары, как почувствовала нечто такое, что заставило ее удивленно посмотреть на ни о чем не догадывающуюся девушку.
От Ларисы исходила совершенно иная сила, другая, не та, которая бы получилась от смешения ее собственной энергии и энергии, данной амулетом. Эта сила, так удивившая Ингу, возникла у Ларисы дополнительно и совсем недавно. Мощная сила, которую может породить только новая зародившаяся жизнь. Инга, поняв это, от неожиданности на какое-то время потеряла сосредоточенность. Лариса заметила ее удивленный взгляд и вопросительно приподняла брови. «Нет-нет, ничего, все в порядке», – Инга покачала головой и еле заметно улыбнулась.
Лариска еще даже не догадывается…
Нет, не может она теперь разрушить Единение – не имеет права так рисковать отношениями близких ей людей. Особенно после того, как ей открылась неожиданная правда. Новый план созрел молниеносно, может, в некотором смысле жестокий, но иного выхода Инга не видела. Воспрянув духом, она совсем немного, чуть-чуть, словно пригубив десерт кофейной ложечкой, взяла энергии у Лары и взамен уже десертной ложкой добавила ей взятой от себя защиты.
И все же той силы, которую она собрала сейчас в себе, было недостаточно. «Потерпи, родной, так надо… Ты потом все поймешь и простишь», – чувствуя себя виноватой перед Вадимом, она вновь принялась брать у него энергию. Варварским, запрещенным способом, уже почти достигнув того предела, выход за который чреват необратимыми последствиями. Вадим, не понимая, что происходит, покачнулся и, чтобы устоять на ногах, сделал шаг назад.
