Я точно знаю, что вы, — он повернулся к Галине Анатольевне, — не имеете к случившемуся никакого отношения, потому что я уверен в человеке, который вас сюда направил."
"На мгновение Олег Веденеев представил, что именно его хозяин замыслил столь экзотическое убийство и прислал эту элегантную пожилую даму для его совершения, но тут же мотнул головой, отгоняя мысль как неконструктивную. Людям такого уровня, как «его» олигарх или Беседин, просто в голову не придет сводить счеты таким ненадежным идиотским способом.
— А я? — спросила Марьяна.
— Что — вы?
— В том, что я не убивала Риту, вы тоже уверены?
— Вас я не знаю, поэтому не имею никаких оснований для подобной уверенности. — Капитан вдруг улыбнулся, хотя обстановка мало располагала к веселью. — Но Галина Анатольевна выбрала в наперсницы именно вас, а она точно хорошо разбирается в людях. Итак, какие у вас предположения? Я должен четко понимать, вызывать мне завтра утром полицию на борт или нет.
— Маргарита Репнина была очень нехорошим человеком, — задумчиво сказала Галина Анатольевна.
— Безапелляционным, резким, грубым, мало считающимся с чужими интересами и не щадящим даже чувства собственной дочери. За пять дней мы видели тому массу примеров. Конечно, за дурной характер не убивают, но у кого-то могли быть достаточно веские причины для того, чтобы от нее избавиться. Классические причины, разумеется. Месть, ревность, зависть, страх…
— Записки, — выпалила Марьяна и пояснила, видя, что капитан и пожилая дама внимательно смотрят на нее.
— В первый вечер мы все писали записки, объясняющие мотивы преступления. Может быть, это и глупо, но убийца вполне мог зашифровать в этой записке свой подлинный мотив.
— Зачем? — спросил ее капитан.
— Не знаю. — Марьяна немного смутилась. — Если он действовал осознанно, то мог захотеть заставить Маргариту волноваться или испугаться. А если не осознанно, то просто спроецировать свои мысли на бумагу. Планируя преступление, человек все время об этом думает.
Эта мысль не покидает ни на минуту, отвлечься очень сложно, поэтому он вполне мог выплеснуть эмоции.
— Вы так говорите, как будто спланировали в своей жизни уже с десяток преступлений, — сказал капитан.
— Не с десяток, — тихо сказала Марьяна, — одно, но это не имеет отношения к делу, я вас уверяю.
— Да, а может, вы рецидивистка? — Голос капитана был серьезным, но в глазах плясали смешинки.
