Чужая роза (СИ)

— Смею уверить, к дьяволу я не имею никакого отношения.

— Оно еще и говорит! — удивленно выдохнула застывшая поодаль пожилая темноволосая ньора."

"Вокруг мгновенно собралась толпа, раздались выкрики, кто-то требовал сжечь дьявольское отродье, кто-то предполагал, что оно не просто так выбрало себе жертву, но Бруно даже не реагировал. Он перебрался с необъятной груди на плечо ньоры и принялся накручивать на коготь прядь ее светлых волос, а дамочка заверещала еще громче, умоляя Мадонну избавить ее от летающего ужаса.

— Чего вы ждете? Схватите его! — послышался азартный выкрик откуда-то справа, и я поняла, что нужно спасать положение.

— Пропустите, — бормотала, пробираясь через собравшуюся толпу. — Это моя собственность.

Я с трудом протолкалась вперед и схватила негодника за шкирку

— Простите, ньора, этот лемур сбежал из нашего дома. Мой супруг — маг, он ставит опыты, а этот дикарь разрушил охранный контур и улизнул. Я его заберу. Вот так. Еще раз простите.

Я отступила назад, торопясь выбраться к дороге, а мелкий поганец, словно не понимая серьезности происходящего, раскланивался и посылал растрепанной толстухе воздушные поцелуи.

— Мы еще встретимся, мон ами! — кричал он. — Я отвезу тебя в Париж! Мы будем гулять по Елисейским полям, поднимемся на Эйфелеву башню, увидим ночную Сену!

— Заткнись, — прошипела я.

— Моя любовь! — дурниной орал Бруно. — Почему судьба так жестоко нас разлучила?!

— Если ты сейчас же не замолчишь, я оставлю тебя здесь и можешь признаваться в любви кому угодно.

— Вот сразу видно, что ты понятия не имеешь, что такое внезапно вспыхнувшее чувство. Ты видела, какая у нее грудь? В ней же утонуть можно! А плечи? Пышные, сдобные, белые, как зефир. Не женщина — мечта!

— Уймись, — попросила нетопыря и оглянулась.

Толпа и не думала расходиться. Наоборот. Судя по витающему в воздухе напряжению, нас с Бруно собирались остановить. Я увидела, как двое мужчин двинулись в нашу сторону, а третий кричал им, чтобы они поторопились.

Только этого не хватало!

— Держись крепче, — шепнула я Бруно, и что было сил припустила к карете.

Рессоры скрипнули, за окнами проплыли растерянные лица преследователей, и я с облегчением выдохнула. Пронесло.

— Да что на тебя нашло? — проворчал Бруно. — Так хорошо гуляли, я уже почти наладил контакт, и тут трах-бах, трагедия, побег…

— Не собираюсь ничего обсуждать, — осадила я его, вытирая вспотевший лоб.