Чтобы сговорчивее были.
Правда, в голосе соседа совсем не слышалось тревоги за семью. Скорее раздражение. Злость, что его обнаружили.
Очередная кочка возникла на пути плота.
Юниль вздрогнула, её ножка зацепилась за выступающие из песка корни. Моя малышка сдвинулась еще ближе к краю.
Внезапная мысль посетила затуманенную болью голову. Взгляд снова метнулся на небо. Смеркалось, и довольно быстро.
Карип совсем не обращал на нас внимания. Да и Смеша сидел так, что не видел дочь. Его, казалось, совсем мы не заботили.
Ещё один участок суши с почерневшими, обвешанными темной тиной низкими кустами.
Неприятный запах усилился. Уперевшись в вязкую грязь одной стороной, плот забуксовал.
Карип смачно выругался, проклиная и погоду, и воду.
— Что ты расселся?! — рявкнул он на внука. — Натворил бед, так расхлебывай. Бери палку и отталкивайся. Я, что ли, спину гнуть должен? По мне так пропадите вы все пропадом. И бабка твоя, и мать с теткой. Об их мужиках и вовсе скучать не буду. Слюнтяи.
— Папа не слюнтяй! — неожиданно храбро прикрикнул в ответ мальчишка.
— Он хотя бы нас всех любит.
— Закрой рот! — Раздался глухой звук подзатыльника. — Нарвался на стоянку ханымовских, не хватило ума убежать от них. Приволок их в дом наш, так не скули. Если бы не ты, щенок, я бы ушел давно. А теперь никак. Найдут ведь. Выловят. Отдадим им эту девку с соплячкой и сам дальше крутись. От вас беды одни. Так и знал, что нечего на простой бабе жениться.
— Мы сами от тебя уйдем! — Смешу подзатыльник ничему не научил."
"А, может, ему было уже все равно.
Привыкший. Что особенно теплых чувств Карип к своей жене не испытывал, видели все вокруг. Затюканная женщина, которая и из дому лишний раз не выходила. Зятья его вечно работали на полях. Или в лесу пропадали — охотились. Про дочерей и вовсе мало что знала. Сторонились они остальных, но замуж рано выскочили. Были в деревне два брата-сироты, к ним и прибились. А у тех силы воли не хватило с матерым оборотнем пререкаться.
Плот дернулся. Я выжидала момент. Пока никто не смотрит, чуть сдвинулась ниже.
Руки, связанные за спиной, нестерпимо ныли. Во рту появился горький привкус. Меня тошнило. Удар у Карипа оказался просто зверским. Действовал он наверняка.
Прикладывая огромные усилия, я незаметно сдвинулась еще ниже. Надо было спасать Юниль. Она Бирну не нужна, и избавится он от нее мгновенно, как только моя малышка попадет в руки его псам. А я еще поживу. Братцу захочется насладиться такой победой. Наследница отца в его полной власти.
