— А ещё мне покажи, кто такие слова нехорошие говорил, — из бани вышел Льюис. В руках он держал постиранную рубашку. — Я быстро язык подрежу этим разговорчивым и доходчиво объясню, чем приличная женщина-оборотница от бешеной отличается.
— Правда, отрежешь язык? — Юниль призадумалась.
— Правда, — Льюис зло усмехнулся и совсем перестал походить на юношу.
Опасный дракон, умный не по годам и, кажется, жестокий."
"— Тогда не скажу, — выдала моя мелочь, — за маму мне, конечно, обидно, но я лучше в них яйцами тухлыми покидаюсь.
Уже у соседа взяла десяток, мне хватит. А языками своими пусть они потом у нее прощение просят. Моя мама — самая лучшая. И я ее в обиду никому не дам!
Руни тихо рассмеялся.
— Страшная ты ведьма, — уважительно закивал Льюис. — Правильно, а потом по запаху определю, кто у меня такой шибко разговорчивый.
Встряхнув рубашку, он пристроил её рядом со штанами Вегарта.
— Отставь стирку, Льюис, — окликнула его, — сама перестираю. Руки в кровь сотрешь.
— Лучше я сотру свои, прекрасная Грета, чем вы натрёте ваши, — улыбнулся он.
— Это провизию вам подвезли. Мы с Вегартом вчера так выдохлись после этого болота, что совсем забыли про нее. Сегодня он исправил оплошность. Но в следующий раз, если что-то не так — просто скажите нам и не держите в себе. Мы ведь мужчины, не всегда в хозяйственных делах смыслим.
Я кивнула ему и с некоторым удивлением уставилась на калитку. Телега остановилась. С нее ловко спрыгнул генерал и, ухватив ближайший мешок, закинул его себе на плечо.
Зашел во двор и направился ко мне. За ним спешили ещё три воина.
— Показывай, женщина, где погреб, — как-то немного зло рыкнул Вегарт, поравнявшись со мной.
— Совесть замучила? — хитренько прошипела за его спиной Юниль. — А я слышала, как ваши воины маму обзывали. А ещё знаю, что это вы вчера на наш дом указали и всем сказали, что там бешеная живет. Я с утра на дороге подслушала ваших… ящериц.
— Юниль! — строго отдернула я её. — Не повторяй за другими гадости.
Да, я разозлилась ещё больше.
Поджавши губы, взглянула на генерала и, ни слова ему не говоря, вернулась в дом.
Бешеная, выходит. Это он, наверное, вчера как с болот выбрался, так и прославил меня среди своих воинов. Нет, ну ясно, что зол был… Хотя, чего я ищу ему оправдание.
Взяв в руки нож, принялась дальше резать лапшу.
Нужно просто успокоиться. Что впервые меня бешеной кличут? Нет, конечно. Они уедут, и всё станет как прежде.
Хлопнула дверь. В коридоре показался генерал.
