— Что, продал меня и рад? — вырывает из размышлений голос рядом.
Обернувшись, Камиль сталкивается взглядом с Артуром. С разбитого лба до сих пор сочится кровь, но большая ее часть уже засохла на правой стороне лица. Приложили неслабо. Опять же, херово…
— Даже сестру не пожалел? — скалится Артур, — Она ведь все еще у моих людей. Случится что-то со мной — и ей тоже конец.
— Заткнись, Север, — сквозь зубы цедит Камиль.
Артур ухмыляется, сплевывает кровь с разбитой губы.
— Я думал, ты всерьез объединиться решил, а ты просто пешка в руках этих идиотов.
— Ты сам не идиот разве, что сюда поперся? Не понял, что это ловушка? — зло вполголоса огрызается Леднев.
Север кривит губы в усмешке:
— Понял.
— Тогда какого черта?!
— Это ловушка. Но не для меня, — улыбается окровавленными губами Артур и откидывает голову назад. Прикрывает глаза, словно он на пляже наслаждается ласковыми лучами солнца, а не сидит прикованный в складе, ожидая, когда ему пулю в лоб пустят. И хорошо, если так, но, учитывая, что сюда даже поехавшего на голову Дудаева привезли, очевидно, что Артура серьезно собираются пытать.
Знают, что с Севером просто так не договориться.
— Что ты имеешь в виду? — нахмуривается Леднёв.
— Эй, кончайте там шушукаться! — окликает недовольно Валет.
Камиль дергает головой в сторону собравшихся и опускает голову, делая вид, что смирился. На самом же деле исподлобья осматривает помещение, стараясь подмечать малейшие детали. Что-то тут не сходится. Трупов людей Артура нигде нет. Может, конечно, их оттащили подальше, но крови-то тоже нет.
Север же не настолько отмороженный, чтобы приходить сюда один?
Или?..
— Пятый, мы кого-то ждем? Давай уже прикончим обоих и дело с концом! — нетерпеливо предлагает Дудаев, не прекращая поглаживать острие тесака, который ни на секунду не выпускает из рук.
— Подожди. Успеем их прикончить еще, — отмахивается Пятый и поднимается, услышав рокот подъезжающей машины.
— Приехал! — оповещает дежурящий у ворот охранник.
Атмосфера почти сразу становится накаленной — все как-то подбираются, становятся серьезными и это Камилю не нравится от слова совсем.
Какой-то холодок проходит до самых внутренностей. Терпеть он не может действовать без нормального плана, рискуя так глупо собственной башкой и, что самое важное, с огромной вероятностью этой самой башки лишиться.
Хорошо хоть, что эти идиоты не додумались проверить его на наличие оружия. Но теперь-то со скованными руками это такое себе преимущество.
— Север.
