Но он и без того оказывается слишком близко.
— Что? Ты тоже меня хочешь? — подсказывает он.
От этого тона и легкой хрипотцы в голосе сердце невольно ускоряется.
— Вот еще! — фыркаю назло Артуру и специально не отвожу дерзкого взгляда.
— Продолжишь на меня так смотреть, и я тебя трахну, — обещает он с ленивой улыбкой.
— Одни угрозы от тебя только и слышно, — парирую с сарказмом.
Колкость слетает с губ быстрее, чем я понимаю смысл сказанного. Север ухмыляется на эту откровенную провокацию, следит за мной с легким прищуром некоторое время, невесомо поглаживая скулу костяшками пальцев.
Почему-то от этого едва ощутимого касания по телу разбегаются колкие мурашки. Я так напряжена в этот момент, что не выдерживаю:
— Действий не будет? — хмыкаю я, хотя мозг настойчиво советует мне заткнуться и не заходить дальше.
— Ты такая нетерпеливая, — Артур чуть склоняет голову набок, не переставая изучать мое лицо внимательным взглядом.
Он усиливает натиск, вжимая в стену всем телом, давая ощутить, как у него стоит, и я со сдавленным стоном выдыхаю.
Не знаю, это ли становится для Севера спусковым крючком или то, как я на него взглянула после — буквально прожгла взглядом — но самообладание и напускное спокойствие летят к черту.
— Млять, как же тебе идут эти дурацкие платья, — рычит Артур, нависая надо мной, и я ощущаю, как пальцы мужчины настойчиво ищут застежку на спине, — я еле сдержался, чтобы не поиметь тебя прямо на этом чертовом вечере.
— Сбоку, — подсказываю неожиданно для самой себя.
И больше говорить уже не могу — Север впивается в мои губы ожесточенным поцелуем. Только чувствую, как он торопливо избавляет меня от одежды, стягивая платье вниз, и я даже не пытаюсь протестовать. От накрывающего с головой желания тело изнутри словно прошивает иголками там, где мы соприкасаемся кожей. Это так болезненно и сладко одновременно, что я теряю контроль. Над собой, ситуацией, всем… к черту все, будь, что будет!
Север вбивается резко, и я глухо вою, уткнувшись в его плечо.
Не от боли, а от переизбытка адреналина, плавящего вены. Кусаю через рубашку, царапаю ногтями спину, пытаясь уцепиться за шею, чтобы удержаться. Знаю, что Артур прижимает меня крепко к стене, но ощущение, что я вот-вот рухну куда-то в бездну, за пределы дома, не покидает.
— Больно? — Север замирает и с беспокойством заглядывает в глаза. В них бушует похоть, и я почему-то знаю, скольких трудов ему стоит остановиться.
— Нет… нет… — выдыхаю.
— Хорошо.
