— В-вы… ты… — отстраняюсь, заикаюсь я, — вы что, сговорились?! Уроды! Я… я чуть не поседела! Дай сюда чертов пистолет, я сейчас сама вас урою здесь! — бросаюсь я к Камилю.
— Эй, эй, — Леднев едва успевает отшатнуться и убрать руку с оружием, зато получает от меня тычок в бок здоровой рукой, — Ай, млять! Прямо по больному!
— Еще мало тебе! Придурок! И ты получишь! — резко развернувшись, тыкаю я пальцем в Севера, зло сверкая глазами.
— А я за что? — изумляется он.
— За то… за все! Ты чуть не умер!
— И за это ты хочешь меня убить? — вскидывает бровь Артур.
— Да! Да, чертов ты… — кричу я, а потом вцепляюсь в Севера мертвой хваткой и, уткнувшись носом в плечо, снова плачу, как маленькая девчонка.
— Я говорил, что вы та еще парочка. Под стать друг другу, — фыркает Леднёв, складывая руки на груди, — На свадьбу не забудьте пригласить.
Я дергаюсь, чтобы дать этому идиоту еще и подзатыльник за его шуточки, но Артур мягко удерживает меня в своих объятиях. Так что я только недобро зыркаю в сторону Камиля.
Вокруг нас начинают собираться люди Севера, где-то вдали уже ревет мигалка то ли пожарной машины, то ли скорой помощи.
— Что ж, — произносит Камиль, оглядывая валяющегося без сознания Пашу, — Ты спас моих родных, я спас тебя, — Леднёв протягивает ладонь, — Теперь мы квиты.
— Ты спас мою жену. Я теперь по гроб жизни твой должник, — Север пожимает его ладонь, а после хмурится, — Хотя подожди… ты же ее сюда и притащил!"
"— Так, мне, кажется, пора пригнать сюда машину, я там оставил ее… — забормотал, отступая, Камиль, а после, развернувшись, бегом бросился по полю.
— Вернись, млять, сюда! Сволочь, я тебе башку откручу! — бросается следом Север.
— Артур… — удерживаю его на месте и улыбаюсь, проводя здоровой ладонью по щеке, — Давай потом?
— Что с твоей рукой? — недовольно спрашивает он.
— Пустяки, — улыбаюсь я, — Заживет.
Прильнув к Северу, не удерживаюсь от долгого поцелуя, и мужчина тут же жадно отвечает. И пусть этот поцелуй с привкусом пепла и крови на губах, сейчас, после всего пережитого, он самый лучший, самый сладкий…
— Я в порядке, можете обниматься и дальше, я пока не умираю от кровопотери, — раздается слабый голос Шрама откуда-то снизу и, охнув, я бросаюсь к нему.
******
— Он же будет в порядке? — спрашиваю с тревогой, провожая глазами машину реанимации.
— Будет. Шрам и не из таких передряг выбирался, — Артур приобнимает меня за плечи и мягко тянет за собой, — Идем.
