С кем он разговаривал?
Почему так при этом смотрел?
Хотя, все, что происходит в последнее время с ней — настоящий кошмар: долг Антона, ночь в номере с теми мужчинами, бешеный, готовый убить муж. Вика понимала, хоть безумно болела голова, что надо бежать, как можно дальше бежать. Она знает с детства, такой взгляд, какой был у Антона, не сулил ничего хорошего.
И как так получилось, что она за всю свою такую недолгую взрослую жизнь сторонилась жестокости и мужчин, что могут причинить боль, вышла замуж именно за такого? Она может понять Антона, любой мужчина придет в бешенство от измены своей жены.
Но ведь можно выслушать, не распуская руки.
Вика поймала себя на мысли, что снова оправдывает его. Как оправдывала вспыльчивость и грубость в сексе."
"Подняла голову, посмотрела на себя в зеркало: кожа бледная, губа разбита, волосы растрепаны. Прилизала их водой, собрала в высокий пучок, вытирая со щек стекающие слезы, которые она никак не могла остановить. Быстро сняла плащ и платье, хорошо, что в ванной было чистое белье и высохшие джинсы с футболкой.
Переоделась, села на край ванны, снова накатывала истерика, но надо было хоть что-то делать, но Вика не знала, что.
И тут словно осенило. Господи, как же она раньше не додумалась, надо позвонить в полицию. Подобрала с пола сумочку, достала телефон, но он был полностью разряжен и сколько бы Вика не давила на экран и кнопки, все было бесполезно. Надо зарядник, или быстро выбираться из квартиры и бежать в полицию.
Выключила воду, прислушалась, за дверью было тихо.
Снова надела плащ, спрятала телефон в карман, а еще студенческий билет, но туфли обувать не стала. Ладони вспотели, медленно повернула замок, чуть приоткрыла дверь, снова прислушалась, было очень тихо. Может, Антон ушел?
Сделала несколько шагов в коридор, стук сердца отдавался в висках, но как только Вика повернула за угол, тут же наткнулась на мужа.
– Ты куда-то собралась, милая?
Мужчина схватил ее за руку, дернул на себя, Вика вскрикнула.
– Антон, не надо, я прошу тебя, только не делай мне больно. Я виновата, так получилось, те мужчины изнасиловали меня, я бы сама никогда, ты ведь знаешь, никогда бы не согласилась.
– Ты такая красивая, моя девочка, – Антон прижимал Вику к себе, вглядывался в лицо, поднял руку, она зажмурилась, ожидая удар, но он только погладил ее по голове. – Я никому тебя не отдам, никогда не отдам, я увезу тебя, далеко увезу, где они не найдут и не заберут тебя у меня.
