Чай оказался с какими-то травами, или в него что-то подмешали, а может, сказалась усталость и стресс, но она заснула, свернувшись калачиком, укрывшись одеялом с головой.
Слез больше не было, только пустота. Словно у нее в груди большая дыра и она закручивается воронкой, лишая разума, всех мыслей, от которых смертельно раскалывалась голова.
Снова движение, Вика приподнялась на локтях, протянула руку вперед, глаза так и не могли привыкнуть к темноте. В испуге одернула ее, когда нечто из темноты прорычало, метнулась в сторону, чтоб убежать, но тут же на кого-то наткнулась.
Фильм ужасов продолжается, зажмурилась, сжалась вся, сдерживая крик.
Ее притянули к себе, обнимая, закрывая от того ужаса, что был рядом. Вика уткнулась лицом в грудь, сама сильнее прижимаясь к мужчине, что был рядом. Уловила тонкий, но терпкий аромат парфюма, но не отстранилась.
– Тихо, белка, тихо. Не бойся, – шепот над головой. Крупные ладони гладят по голове, успокаивая, прижимая к себе.
Движение, вспыхивает свет – бра на стене, Вика подняла голову, повернулась.
Прямо на полу, перед кроватью, сидел огромный черный ротвейлер, с рыжими подпалинами на крупном черепе, блестящие глаза, как две черных ягоды, смотрели прямо на нее. Пес тихо рычал, показывая зубы, но его тут же осадили.
– Ганс, место.
Его взгляд метнулся к хозяину, замешательство лишь доли секунд, и пес, моментально развернувшись, уходит в сторону.
– Испугалась?
Вика отстраняется, смотрит на Альберта, мужчина заинтересованно ее разглядывает, от этого становится не по себе.
Девушка отодвигается еще дальше, косится на собаку.
– Что ты здесь делаешь?
Странный вопрос, если учесть, что это его номер, в его гостинице, на территории его базы отдыха. Альберт без рубашки, широкая грудь, но не такая раскачанная, как у Руслана, совсем без растительности, лишь дорожка русых волос внизу живота, уходящая в пах.
Вика пробежалась глазами и тут же отвела их в сторону. Альберт откинулся на мягкое изголовье кровати, рассматривая Викторию. Она ему нравилась, даже такая напуганная и растерянная, но больше совсем не хотелось истерик, хватило уже.
– Я здесь спал, Ганс тоже, он всегда спит около меня. Напугал тебя?
– Да, – Вика снова посмотрела на собаку, тот, опустив голову на лапы, лежал на полу.
– Он смирный, но слушается только меня, иногда Руслана.
– Боюсь собак с детства, особенно таких больших.
– Людей стоит бояться больше.
– Да, это точно. Вы не отпустите меня?
Альберту захотелось курить, этот ее вопрос вводил его в ступор.
