Чужая жена

— Откуда бы тебе знать? Даже я об этом не думала, хотя я женщина! Пироженка сама потребовала сережек. — Она смущенно пожала плечами. — Так что благодарить тут не за что.

Я в очередной раз удивился ее искренности. Любая другая женщина попыталась бы забрать себе эту заслугу. Шехназ же, наоборот, старалась убедить меня в том, что знает не больше меня, и тем самым пыталась меня успокоить.

— Но ты ведь могла и отказать ей, верно? И, даже думая, что я рассержусь, сделала так, как хочет моя дочка. Так что спасибо.

— И тебе спасибо, что не рассердился, — прошептала в ответ Шехназ, встречаясь со мной своими великолепными карими глазами.

— Трудно сердиться, когда ребенок так доволен, — поделился я причиной своей сдержанности.

— Я это запомню, — улыбнулась Шехназ. — А теперь пора бы и накормить этого ребенка, а заодно и меня! Мы жуть как проголодались!

— Хочу калтошку фли! — Тут же подключилась Ася. — И сок!

— Вы слишком сильно спелись друг с другом! — Пожаловался я, спуская дочь с рук и подхватывая их многочисленные пакеты.

20 глава

Сидя в ресторане напротив Мансура, я чувствовала себя счастливее, чем это казалось возможным. То, что он не только не отругал меня, но и поблагодарил, словно окрылило меня.

— Кто что будет? — Отложив меню, взглянул он на нас.

— Калтошку фли! — Тут же оживилась Пироженка, с серьезным видом листавшая меню, сидя на своем высоком детском стуле. — И сок.

— Мне коктейль, и крылышки с фри. Что? — Спросила я поймав его смеющийся взгляд на себе.

— Да вот думаю, кто из вас трехлетка — ты или Ася? — Покачал он головой.

Я показала ему язык, лишь подтверждая верность его утверждения. Я была слишком довольна сегодняшним днем, чтобы сдерживать это внутри себя.

Подозвав официанта, Мансур сделал заказ, добавив в него десерт. Пока ждали подачу, развлекались тем, как Ася вовсю красовалась перед нами, довольная своими сегодняшними изменениями.

— А когда ушки заживут, Шах купит мне сележки с класными коловками!

Я засмеялась, тиская ее за пухлую щеку.

— Боже, что еще за красные коровы для твоих ушей? — Ужаснулся Мансур, переводя непонимающий взгляд с нее на меня в поисках объяснений.

— Божьи коровки! — Прыснула я, позабавленная его реакцией. — Гвоздики можно будет сменить на серьги через месяц. Она увидела такие в мультфильме, вот и твердит про них с момента, как ей прокололи уши. Даже сквозь слезы не забывала повторять, что сможет быть феей с «класными сележками».