Чужестранка. Книга 1. Восхождение к любви

Цвет странных, лишенных зрачков глаз напоминал темный янтарь.

Какая разница между этим существом и сравнительно маленьким, цвета ила, муляжом, который, помнится, я видела в большой диораме Британского музея. Но форма тела была, безусловно, та же. Краски живых созданий меркнут с последним дыханием, мягкая, упругая кожа и гибкие мышцы разлагаются в течение каких-нибудь недель. Но кости порой сохраняются как достоверная основа формы и доносят до нас свидетельства былого великолепия.

Закрытые клапанами ноздри внезапно раскрылись, послышалось ошеломительное свистящее дыхание.

При его появлении я встала на ноги. И должно быть, бессознательно подошла к кромке воды, чтобы получше разглядеть это диво, потому что я обнаружила себя стоящей на каменной плите, одним концом погруженной в воду; я стояла и смотрела, как постепенно опадающие волны сливаются с гладью озера.

Я простояла так недолго, глядя на бескрайние воды.

Над самым спуском стоял мужчина. Вначале я испугалась, но тотчас узнала в нем одного из наших погонщиков. Вспомнила, что зовут его Питером; ведро, которое он держал в руке, объясняло его присутствие. Я хотела спросить его, видел ли он чудовище, но выражение его лица было более чем утвердительным ответом. Весь белый, чуть ли не белее маргариток, что росли у него под ногами, капли пота стекают одна за другой и прячутся в бороде, выкаченные глаза белые, как у испуганной лошади, руки так дрожат, что ведро бьет его по ноге.

– Все в порядке, – сказала я, подходя к нему, – оно ушло.

Вместо того чтобы его успокоить, эти слова вызвали еще большую тревогу. Он выронил ведро, упал передо мной на колени и перекрестился.

– Смилуйтесь, леди, – заикаясь, еле выговорил он и, к моему величайшему смущению, повалился ничком к моим ногам и припал лицом к подолу платья.

– Это просто смешно, – сердито произнесла я.

Я легонько подтолкнула его носком своей туфли, но он весь трясся, распластавшись по земле, словно раскисшая плесень.

– Да встаньте же! – повторила я. – Глупый вы человек, ведь это всего-навсего…

Тут я запнулась, обдумывая, что ему сказать. Приводить латинское название животного явно не имело смысла.

– Это всего лишь небольшое чудовище, – решилась я наконец.

Взяла его за руку и помогла встать на ноги.