Чужестранка. Книга 2. Битва за любовь

Совсем не похожие на украшенные резьбой красивые строения, какими я их себе почему-то воображала, садки эти представляли собой обыкновенные водоемы, обнесенные каменной оградой и расположенные поблизости от кухни. В них плавали карпы, которых ели в монастыре по пятницам и в постные дни, если из-за плохой погоды невозможно было наловить в море пикши, сельди и камбалы.

В полном соответствии со словами Ансельма, карпы сегодня двигались оживленно; толстенькие веретенообразные тела так и шныряли в воде, и серебристые чешуйки сверкали от утреннего света.

Рыбы двигались так энергично, что поднятые этим движением маленькие волночки плескались о стенки водоема. Едва наши тени упали на воду, карпы ринулись в нашу сторону с такой же точностью, с какой стрелка компаса указывает на север.

– Они ждут кормежки, как только увидят людей, – объяснил Ансельм. – Не станем обманывать их ожидания.

Он сходил на кухню и принес два ломтя черствого хлеба. Мы остановились у ограды водоема и начали бросать хлебные крошки в жадно раскрытые голодные рты.

– Понимаете ли, в вашем положении есть две стороны, два аспекта, – заговорил Ансельм, продолжая крошить хлеб; он взглянул на меня сбоку, и внезапная улыбка осветила его лицо. – Я все еще едва могу этому поверить. Такое чудо! Господь воистину добр, показав мне его.

– Это прекрасно, – с некоторой сухостью заметила я. – Не возьму, однако, в толк, был ли Он столь же милостив ко мне.

– В самом деле? Я полагаю, что да. – Ансельм присел на корточки, разминая в пальцах хлеб.

 – Разумеется, все это причинило вам немалые личные неудобства…

– Пожалуй, что так, – пробормотала я.

– Но ведь их можно расценивать и как знак любви Бога, – продолжал Ансельм, пропустив мимо ушей мое замечание; ясные карие глаза смотрели на меня испытующе. – Я молил Бога о руководстве и наставлении, стоя на коленях перед Святыми Дарами, – продолжал Ансельм свою речь, – и там, в тишине нашей часовни, вы показались мне путешественником, потерпевшим кораблекрушение. Ведь это напоминает ваше положение, согласитесь, что сравнение вполне подходящее.

Представьте себе человека, мадам, неожиданно попавшего в чужую страну, лишенного друзей и семьи, без средств к существованию – кроме тех, какие он может найти в этой новой для него стране. Это истинное несчастье, но оно тем не менее может привести к открытию новых возможностей и к счастью. Что, если новая страна окажется богатой? Появятся новые друзья, и начнется новая жизнь.

– Да, но… – начала было я.