Чужестранка

Спина у Джорди выгнулась дугой, каблуки глубоко ушли в мокрую землю — тело протестовало против того, с чем уже смирился разум. Время от времени он порывисто вздыхал — потеря крови лишила его кислорода, он задыхался.

Тишина стояла в лесу. В тумане не пели птицы, и мужчины, ожидавшие конца стоя под деревьями, тоже молчали — как эти деревья. Дугал и я склонились над телом, все еще бормоча слова утешения — горестное напутствие тому, кто уходил в небытие.

Дорога вверх по холму к замку прошла в молчании. Я шла рядом с погибшим, которого уложили на носилки из сосновых ветвей.

Следом за нами таким же способом несли тело его врага. Дугал шел впереди в одиночестве.

Едва мы вошли через ворота на главный двор, я увидела толстую коротконогую фигуру отца Бейна, опоздавшего напутствовать своего прихожанина.

Я сразу повернула к лестнице, которая вела к моему врачебному кабинету, но Дугал удержал меня. Мимо нас пронесли к часовне накрытое пледом тело Джорди и оставили нас вдвоем в опустевшем проходе.

Дугал взял меня за руку.

— Вы и раньше видели умирающих мужчин, — сказал он ровным голосом. — Смертельно раненных.

Не вопрос, а почти обвинение.

— Многих и многих, — ответила я так же просто.

Высвободила руку и оставила его одного, а сама направилась ухаживать за своим живым пациентом.

Смерть Джорди, пусть и ужасная, прервала течение празднества ненадолго. Похоронную службу над ним провели в тот же день, а игры начались на следующее утро.

Игр я почти не видела, так как была в основном занята тем, что наскоро чинила их участников.

Единственное, что могу с уверенностью сказать о подлинно шотландских играх, — они не для слабых. Я бинтовала ноги тем, кто неудачно пытался танцевать среди мечей, накладывала лубок на сломанную ногу незадачливой жертвы неточно брошенного молота, снабжала касторкой и сиропом из настурции бесчисленных ребятишек, объевшихся сластями. И к вечеру совершенно обессилела.

Я взобралась на стол в кабинете, чтобы вдохнуть через окошко хоть немного свежего воздуха.

С поля, где проходили игры, все еще доносились крики, смех и музыка. Очень хорошо. Новых пациентов нет, надо надеяться, не будет до завтра. Что там, говорил Руперт, у них на очереди? Стрельба из лука? Хмм. Я проверила запас бинтов и закрыла за собой дверь кабинета.

Покинув замок, я спустилась по склону к конюшням. Могла же я, в конце концов, побыть в компании существ, которые не являются людьми, не болтают и не истекают кровью.