Чужих детей не бывает

Первым заговорил Флин:

— Денежек решили подзаработать? И куда ты с этими денежками отправишься, а, Эд? В город? До первого проходимца, который у тебя их выманит или просто отнимет?

— А че сразу в город? Поднакопить можно!

— Ах, поднакопить! Тебя плохо кормят? У тебя старая одежда, как у них? — Видимо, последовало указание на других ребят, у которых обнов пока не было. — Ладно бы для всех собирался постараться. Так ведь только о себе и думаешь.

— А чё только о себе, я всем предложил.

— Ты кому врешь? Забыл, кто я? — такого ледяного тона я у брата никогда не слышала. Раздраженный, бывало, но такой холодно-злой — никогда.

— Что ты им предложил? Скажи конкретно, — ехидно интересуется Ричард.

— Ну, это, наловить змей и продать, — Эд явно не понимал, почему всегда тихий гость с серыми волосами так злится, а Ричард, что возглавлял поход и наверняка в курсе ситуации, его поддерживает.

— Где наловить? — прозвучал следующий хлесткий вопрос.

— На змеином болоте… — уже буквально шепчет ребенок.

— А почему оно змеиное?

— А там змеи так и кишат, так и кишат, — в неровном пацанском голосе вновь прорезался азарт.

— Вас Трой учил по одной змее выслеживать и одну ловить, — сообщает очевидное Ричард, — а что ты сможешь сделать, когда змей много? Ты на одну нацелишься, а вторая тебя сзади цапнет. И как ты ее прижмешь, в воде то?

— Ну я ж, это, я ж не один буду, — в голосе парнишки было торжество. А то! Тень-то переспорил!

— А кто будет за тобой смотреть, а? Им не до тебя будет, — тихий голос Ричарда гудел сдерживаемой яростью, — или ты такой замечательный, что ради тебя кто-то должен собой рисковать? Своей жизнью?

Нестройный ропот мальчишеских голосов был ему ответом.

До ребят доходило, в какую опасную аферу их пытался втянуть этот юный провокатор. С парнем надо что-то делать. Характер поменять невозможно, а вот взгляды на жизнь, можно попытаться. Пресветлый Арис помоги! Меж тем в разговор вступил опять Флин:

— Вам никто не запрещает, можете идти на это болото, но сначала официально откажитесь от проживания в приюте, — шокированное молчание было ему ответом, и Флин продолжил.

 — Идите и живите своей жизнью, почему из-за вас должны пострадать другие?

— Да кто пострадает? — звонкий вскрик Эда прервал затянувшуюся паузу. — Пусть не идут, если трусят, подумаешь!

— Молчать! — рявкнуло голосом Ричарда.