Чужих не жалко

Едва ли художник перед тем, как начать наносить краску на холст, не сделал какой-то набросок.

Игорь остановился и снова достал телефон.

Иван позвонил, когда Стася решила сделать перерыв. Она успела неплохо поработать и была очень собой довольна.

– Привет, – сказал Иван. – Слушай, тут такое дело… Отец той девушки, Сазоновой, которая вместе с Егором была…

– Я помню, – перебила Стася.

Настроение испортилось сразу. И потому, что не хотелось вспоминать, как погиб Егор, и потому, что она плохо разговаривала с отцом Сазоновой.

Она говорила с ним сквозь зубы, и вспоминать об этом было стыдно.

– Он хочет посмотреть, не остались ли какие-то наброски к портрету дочери. Ты не можешь съездить вместе с ним на квартиру? – Иван замялся. – Я бы сам съездил, но у меня голова не в порядке.

– Съезжу. Пусть он мне позвонит.

Ехать не хотелось. И встречаться с отцом девушки не хотелось.

Телефон зазвонил опять, Стася ответила на вызов от незнакомого абонента.

– Сазонов, – представилась трубка.

– Станислава.

 – Стася с телефоном у уха подошла к окну. – Иван мне звонил. Я подъеду в квартиру, когда хотите.

– Давайте сейчас, – согласилась Стася.

– Я могу за вами заехать. Где вы находитесь?

Она легко могла доехать сама, квартира Егора находилась всего в нескольких остановках метро.

– Приезжайте, – сказала Стася и продиктовала адрес.

Через час она спустилась вниз и села в темный «Вольво».

Мрачный мужчина молча вел машину.

Дождя в последнее время не было, но асфальт казался мокрым, грязным.

По тротуару, сгребая листья, проехал маленький оранжевый трактор. Пешеходы его пропускали, отступали в сторону.

– Вы кем приходитесь Егору? – неожиданно спросил Игорь. – Если не секрет, конечно.

– Я была его гражданской женой. Но мы давно расстались, пять лет назад.

– И остались близкими людьми? – Игорь на нее не смотрел, он глядел на дорогу. – Более близких у него нет?

– У него мать и сестра, но они в Германии. – Стася помолчала. Отчего-то вопросы Игоря не воспринимались бестактными, они казались вполне естественными.

 – Мы не остались близкими людьми. Я разозлилась, когда его сестра попросила меня присмотреть за квартирой. Я с вами грубо разговаривала в прошлый раз. Простите.

– Нормально вы разговаривали, – поморщился он. – Получается, что более близкой женщины, чем вы, у Егора не было?

– Да нет же! Получается, что его родные не знали, кто у него в данный момент близкая женщина. Вот и все. А меня они знали.