Чужое наследие

Пока есть силы он будет двигаться…

Человек не мог знать, что сверху за ним с интересом наблюдает хозяин подземелья. Враг не использовал сканирование, а считывал сигналы напрямую с энергетического тела Тура, что само по себе было удивительным делом и требовало недюжинного таланта.

Еще через десять минут Алекс почувствовал, что корни впереди начинают редеть. Но не успел он порадоваться, как, без какого-либо предупреждения, на него обрушилось давление. Сначала легонько, а потом все сильнее и сильнее.

Землянин понял, что его обнаружили, но не проявил по этому поводу никаких эмоций, а все так же размеренно продолжил погружение. Паниковать или ругаться было бесполезно, но, возможно, враг его недооценил и давление имеет свои пределы, хотя интуиция била в набат. Что ж, тем хуже для интуиции…

Навык противника давил на сознание также как в зале наверху, вот Алаши рядом не было.

Землянин чувствовал, что с ним играют. Как будто противник испытывает пределы его прочности, тестирует его…"

"Пришлось подключить Пространство мысли и скорость погружения замедлилась, однако давление тут же усилилось, и Алекс был вынужден остановиться.

Оно безжизненно висело в темной, стылой воде, в то время как внутри разума шла борьба не на жизнь, а на смерть. Как это бывает именно борьба ярко продемонстрировала пределы сил противников, и Алекс был вынужден признать, что его возможности уступают возможностям врага.

В этот напряженный момент он окончательно переключился в режим наблюдателя и боролся за контроль над телом, но враг оказался сильнее — у него попросту было больше ресурсов. Через минуту противник вскрыл энергетическую оболочку Алекса и стал давить не только на мозг, но и замораживать течение энергии.

Возможности человека сопротивляться резко снизились.

Алекс держался сколько мог, но силы изначально не были равны. Тем не менее он не сдался — его победили, причем только когда энергия полностью закончилась. Его глаза закрылись, и он потерял сознание…

Человек висел в полной темноте и тишине. Вода не двигалась, не шевелились и корни Тура.