Чужой спор

Когда вышли, я сразу же уставилась на ледяную статую, которая стояла, не шелохнувшись, и вела себя… как статуя!

Я зло прищурилась, вглядываясь в холодно блестевшие в лунном свете провалы глаз. Обычных, ледяных.

А где пылающие сапфиры?!

— Анабель, вы скоро? — раздался раздраженный голос высшего.

— Иду, — буркнула, поняв, что никто оживать не собирается. И что дура тут только одна. И это я.

Прошла мимо ледяной горгульи, недовольно пыхтя.

— Предательница, — едва слышно шепнула.

Послышался смешок на грани слышимости.

— Молодая еще. Ничего не понимаешь.

Я резко обернулась. Ледяная горгулья издевательски оставалась куском льда.

— Анабель! — рыкнул доведенный дракон до точки кипения.

Поморщившись, поспешила к высшему.

Быстро прошла по заснеженной дорожке. Здание посольства скрыли деревья. И остановилась около изображающую изваяние самому себе дракону. Вопросительно на него посмотрела.

— Подождите, сейчас подъедет карета. Поедите на ней.

— Нет! — категорично отказалась я.

Если меня ночью увидят в карете ледяного, мне жизни не будет.

— Спасибо, конечно, но я лучше сама. А вы не беспокойтесь, я…

Опасность я почувствовала резко и остро. Замолкла на полуслове и настороженно посмотрела на подчеркнуто спокойного ледяного. Только взгляд выдавал, что он в бешенстве.

— В карету я сказал! — рявкнул ледяной. Похоже тоже уже доведенный до белого каления. Точнее до серебристых чешуек, сверкнувших в лунном свете.

Вокруг него сгустились снежинки, воздух резко похолодало, а камни, устилавшие дорожку, начал покрываться льдом.

И где-то на грани слышимости кто-то простонал знакомым голосом: «Ой, дура-а-а!».

Меня как ветром сдуло. В карету.

Хочет, чтобы я проехалась? Ноль проблем. Главное, от него подальше.

И очень хорошо, что ледяной не решил проводить меня до дома. В карету вежливо постучав и виновато улыбнувшись, забрался дракон в форме, которого я уже видела в нашу во вторую встречу.

Та которая «За углом».

Карета тут же поехала, а на продуваемом ледяными ветрами участке осталась статная, с расправленными плечами и с прямой спиной фигура ледяного. Холодный ветер трепал тонкую ткань белой рубашки мужчины.

Ехали мы в молчании.

За три дома до нашего я вежливо попросила остановится. Попрощавшись, выбралась и бодренько пошла пешком, думая, как пробраться в дом. Охранка пропустит.