Чужой среди своих 2 (СИ)

Ни здравствуйте, ни… а впрочем, чего я хотел? Я — проблемный ученик, а она — завуч! Плевать на олимпиады, на шахматы, на…

… да собственно, на всё!

Быть может, учись я здесь с первого класса, отношение было бы иным, а так… имеем то, что имеем!

— По вашему делу, — веско роняет она, идя чуть впереди по коридору, — решено было провести открытое комсомольское собрание.

Киваю машинально, забывая, что завуч этого не видит, да и видела бы…

Открытое комсомольское собрание — это палка о двух концах и, как это водится в СССР, хорошее, в общем-то, начинание, стало оружием в руках чиновников.

В теории на открытое комсомольское собрание могут придти не только комсомольцы, что как бы даёт молодёжи, не вовлечённой в эту организацию, шанс высказать своё мнение по какому-либо поводу. Ну и вообще, влиять на политику, проводимую Комсомолом — на школьном уровне, разумеется, не выше. Бывает, что и влияют…

Но верно и то, что на открытое комсомольское собрание могут придти не только комсомольцы школы, ВУЗа или завода, но и комсомольцы вообще, или, что чаще, комсомольские работники.

Школьников в коридоре почти не видно, лишь раз или два мелькнули вдали какие-то фигуры и снова — педагоги, товарищи из Райкома и ГОРОНО, какие-то непонятные, выцветшие старики и тётки — невнятные представители невнятной общественности, как я понимаю. Общественность уже накачана нужной повесткой, залита по самые брови гневом и презрением, и готовится подавать реплики с места, негодовать и бичевать.

— Явились… — сдавленно шипит старик в коричневом костюме с дурно повязанным, безвкусным красным галстуком, со скудными орденскими планками на груди, и с тем блеском в глазах, с которым во время очередной даты восходят на школьную трибуну люди, самолично таскавшие брёвнышко с Владимиром Ильичом. Некстати вспоминается, что это самоё бревно, судя по оставленным воспоминаниям, таскало человек восемьдесят.

— Проходите, — сухо предлагает завуч, подбородком указывая на сцену актового зала.

В центре — стулья, а по бокам, теснясь, чуть наискосок — столы, составленные из парт и накрытые кумачом из Ленинской Комнаты. Слева — товарищи из Райкома, справа — представители ГОРОНО и школы, мрачные и торжественные, как на похоронах.

ЧП! Ах, как всё это не ко времени… Советский народ, как один человек, клеймит и осуждает…

… а тут я, или вернее — мы.