Н-да, мое предположение насчет четвертого предателя теперь не под вопросом.
Мне конечно было интересно, кто же победил, но рисковать для этого жизнью…
Я развернулся и пошел по дороге к городу.
Глава 20
Рассвет я встретил голый на берегу реки текшей через город. Одежда мирно сохла развешенная на ветки деревьев.
Я спустился с холма в город, когда уже всходил Луна. По дороге мимо меня три раза скакали группы всадников в доспехах городской стражи по направлению к замку, из чего я сделал вывод, что добро таки победило.
Ну, или по крайней мере снова ничья — противники отступили или были повержены, а Белоусов потерял меня. По крайней мере я надеялся, что Илья Аркадьевич остался жив. Нормальный мужик, да и планы на него у меня есть.
Оказавшись в городе, я повернул к реке. Если уходить от возможной погони, то по классике — найдя на берегу большую корягу, я спустил ее на воду и, придерживаясь одной рукой, поплыл против теченья. Благо что река, делая поворот вокруг города, текла неспешно и с еле заметным течением.
Ориентируясь на фонари, которые горели на мосту и гребя одной рукой, я плыл до тех пор, пока их свет не скрылся за поворотом. Потом еще греб чтобы высадиться на противоположный берег и, ища где на берегу есть небольшая группа деревьев чтобы не мелькать своим голым задом перед свидетелями. Вышел, зашел под деревья и, отключив скрыт, разделся до гола и развесил одежду сушиться. Затем сходил и, навесив свой парадный и мокрый камзол на корягу, спихнул ее с берега, направив на середину реки.
До утра ее отнесет по течению далеко отсюда. Нет, я конечно далек от мысли, что у наказующих или у Некто сидят дураки и рано или поздно не догадаются, что я поплыл не по течению. Но надеюсь к моменту, когда догадаются, я буду далеко отсюда и затеряюсь в городе среди толпы так, что с собаками не сыщешь.
Я даже подремал с пару часов, но, когда солнце встало, я был уже одет в простые штаны и тунику. Нацепил ремень с ножами и кошелем.
Узелок с артефактами я так и не развязывал, но пришлось, чтобы добавить мешочек с золотом.
Активировав маскировку, я неторопливо прошел сквозь небольшой островок деревьев, ставший моим приютом на ночь и оказался на узкой улочке.
Интерлюдия
Тир. Поместье. Настоящее время.
Андрей Валентинович был в ярости.
Обычно спокойный и уравновешенный он сейчас был готов расколоть череп своему поверенному прибывшим с докладом.
