Ну пожалуйста! Ведь мы можем…
— Ничего не можем! Нас и не было никогда, лишь ты и Маккалахер, слишком упрямые, чтобы признаться в этом самим себе. А я встрял между вами, вот и получил в очередной раз…
Я чувствовала, как с каждым словом он отдаляется, обрывает все нити, что связывали нас. Совсем скоро ничего не останется, он превратится в чужого для меня человека, да и я стану для него лишь воспоминанием. Но нет, не позволю!..
— Кейн, Прорицательница в Святилище Дагды… Я не рассказала всего, потому что не хотела расстраивать.
Ты должен знать…
— Хватит, — оборвал он. — Не унижай себя, и не надо мучить меня. Я должен уйти, пока не натворил глупостей. Но прежде… У меня есть для тебя подарок.
— Кейн, да выслушай же! — рассердилась я. — А потом уходи, раз ты этого так хочешь!
Он покачал головой. Затем прозвучал приказ ледяным, не терпящим возражений тоном:
— На колени!
Я бухнулась в сухую летнюю траву, глотая слезы, кусая губы.
Что он задумал? Может, если послушаю его, то после он выслушает меня?
— Глаза… Закрой глаза! Не спрашивай, так надо!
Я послушно зажмурилась, чувствуя, как он коснулся пальцем моего лба, а вторым больно надавил на точку между бровей.
— Рад, что это буду я. Потому что мой подарок всегда будет с тобой. Пользуйся, и вспоминай меня хоть иногда… В Нуадреанне!
Я хотела возразить, но не смогла. Кровь прилила к щекам, закружилась голова, да так сильно, словно меня готовили в космонавты, запустив на тренажер-вертушку.
Я качнулась, чувствуя, что падаю, но меня держала за плечо крепкая мужская рука.
— Может стать плохо, — сквозь ватный туман, что поселился в голове и заложил уши долетел голос мага. — Но ты — сильная, выдержишь. Это инициация, Марта! Я дам сразу несколько ступеней…"
"Не знаю, что он делал, но от пальцев через кости черепа лилось странное тепло, от которого почему-то тошнило, я хотела закрыть рот руками, но они меня не слушались.
Поток тоже съехал с катушек, решив полностью уместиться в голове и в груди, но ему там, определенно, были не рады. Произошла стихийная революция, магия побеждала мысли и чувства. Я перестала понимать, что происходит, казалось, мир сошел с ума, мелькал разноцветным хороводом светящихся пятен перед глазами.
— Шестая ступень, — раздался в голове мужской голос, до боли знакомый, такой родной.
