Муж промолчал, кусая нижнюю губу, что делал в высшей степени растерянности, затем кивнул. Подозреваю, на лице моем отразился один из предупредительных знаков, “Не влезай, убьет!” например, потому что он и в самом деле решил не влезать. А то ведь убью.
— Деда, пойдем домой, — попросила я. Не могу здесь оставаться! Сил нет бабкины гены сдерживать, которые норовят если уж не проклятьем кинуть, так хотя бы порчу навести, чтобы впредь неповадно было чужими вещами распоряжаться. Ну уж нет! Я домой хочу, на Эирианн, к деду.
Да и Райвен заждался. Наверное, места себе не находит.
— Пойдем, — согласился дед. И тон такой… Нехороший, одним словом. Кажется, не у меня одной гены разбушевались.
Мы вышли из квартиры, и дверь за нами сразу же захлопнулась. Шаг — тьма перехода — вздох… Открыла глаза. Мы находились в незнакомой комнате, обставленной мебелью из темного дерева. В распахнутые окна лилась вечерняя прохлада вперемешку с цветочным запахом из виднеющегося сада. Ой, и Райвен здесь! Устроился с книгой в удобном кресле, на пятнистой шкуре неизвестного зверя.
Тут книга отлетела в сторону — это он зря, дед будет недоволен — и через секунду мужчина подхватил меня на руки и прижал к себе. Да так, что стало ясно — оторвать меня от Первородного не смогут ни высшие силы, ни разрушительные природные явления. Я счастливо вздохнула где-то у него подмышкой. Все, вернулась домой!
Глава 15
Наконец оно настало, это утро! Проворочавшись без сна всю ночь, я передумала миллион нужных и ненужных мыслей, перечитала заново три свитка по грамматике и добралась до глаголов-исключений, которые склонялись как Боги Эирианна на душу положат.
Когда под утро сквозь щели закрытых на ночь ставен — все, обзаведусь шторами, сил нет! — стали просачиваться лучи летнего солнца, я все же сломалась и заснула. Ненадолго.
— Пора вставать, — дед тронул за плечо. Я открыла глаза и застонала, правда, мысленно, чтобы его не расстраивать.
А то ведь заставит отсыпаться, а делегацию Первородных спустит с лестницы. Я бы рада, ведь по ощущениям ночью не только вагоны разгружала, но еще и посевные работы провела, с собой вместо трактора. — Марта, если ты не хочешь, только скажи!
— Не хочу, — сказала я. — Но пойду, обещала же.
Райвен, конечно, подождать с визитом к Прорицательнице не смог. Терпение не входило в список его любимых привычек, но заверил меня, что это лишь формальность.
