Господин Учитель, что тут говорить! И как такому сдать экзамен?
То, что будет нелегко, я узнала из дальнего угла последнего ряда походящего на античный амфитеатр зала. За чудесное место на галерке поспорила с несколькими желающими, но быстро выиграла битву, предупредив, что испепелю любого, кто встанет на пути. Поверили и правильно сделали! С женщинами-берсерками лучше не связываться.
Кейн вызывал студентов по одному и предоставлял полную свободу магических действий. Желательно было продемонстрировать начальные уровни владения хотя бы двумя стихиями.
Ментальная магия тоже шла в зачет. Ломать, сжигать мебель, наносить урон другому имуществу Академии, а так же подвергать опасности жизни присутсвующих запрещалось. За это снижался балл и можно было вообще вылететь с экзамена.
Я сидела, вжавшись в стену, дергаясь при каждом имени, произнесенном знакомым голосом, ожидая своей очереди. Скорее бы уже отмучиться! Будущие студенты почти один в один повторяли заготовленный мною дома репертуар. Зажечь магический светлячок — раз.
Осторожно подвигать кружку по столу учителя — два. Кажется, кто-то морозил воду, но я собиралась нагревать — три. Еще думала закрыть мысли от проникновения чужого разума с помощью бабушкиных заговоров — уже четыре. Дед утверждал, что для поступления хватит.
Меня все никак не вызывали. Один за другим звучали чужие имена, люди спускались по ступенькам, что-то делали с Потоком, затем покидали зал. Кажется, Ронан Брэддок поразил публику чем-то сверхъестественным, ему аплодировали чуть ли не стоя.
Что именно он сделал, я не разглядела, так как сидела, погруженная в созерцание поверхности стола, рассматривая нацарапанные в углу руны. Некий Элбан признавался в вечной любви Бретте с третьего курса Прорицателей. Интересно, прочла ли она послание? Или он набрался смелости и признался на словах? Очнулась, когда в зале повисла тишина. Оказалось, остался лишь Кейн и… я. Обалдеть! Кажется, меня ждал личный экзамен.
Вместо того, чтобы подозвать к столу, маг поднялся по ступенькам. Надвигался грозовой тучей, лицо мрачное, того и гляди, молнией шарахнет.
Я занервничала, хотя, казалось, куда уж больше переживать! А все потому, что бежать некуда. Вместо окон — ровная стена, в которую я вжалась спиной. К тому же, господин учитель сел на край стола, преградив путь к отступлению. В руках — знакомый свиток, выданный Гильдией Нищих Туиренна.
— Ну что же, Марта-Эиринн Фланнаган, — вкрадчиво начал он. — Документы я помню, лично забирал из городской ратуши.
